Алехандро Ходоровски.

 

Предисловие

Что делает человек, который пишет книгу о Таро?

Он просто пытается вычерпать море вилкой...

Больше 40 лет Алехандро Ходоровски исследовал разнообразные аспекты Таро посредством раскладов, уроков, обсуждений и открытий

Чтобы выполнить эту работу в полном объеме, нам пришось мы создать десятки тысяч страниц, каждая из которых была бы в равной степени эмоциональной, неорганизованной, затрагивала бы различные аспекты этого искусства, которое невозможно запереть в жесткую структуру.

Поскольку это с самого начала невозможно, и мы должны были каким-то образом составить всего лишь одну книгу, то Алехандро и я приняли решение представить Таро через разнообразие перспектив, которые сделают эту книгу одинаково полезной как для новичка, так и для опытного Таролога.

Поэтому все части этой книги включают в себя предисловие, написанное от первого лица – лица Алехандро.

Нашей главной заботой было стремление передать ту пластичность системы Таро, которая является одновременно легкой и глубокой, линейной и многомерной, игривой и сложной структурой.

И ее невозможно ограничить какой то одной сферой, она предоставляет бесчисленные возможности.

Поэтому мы искали способ создать книгу, которую можно читать как по отдельным главам, так и подряд, и каждая тема тут кратко суммированна и показана как можно глубже, а иллюстрации добавляют к тексту дополнительные смыслы.

Эта книга представлена в 5 частях. Цель первой части познакомить читателя с общей структурой таро, нумерологическими и символическими основами. Вторая часть изучает каждую карту Старших Арканов, а третья проходится по Младшим. Четвертая часть показывает то, что мы склонны называть динамическим прочтением Таро – изучение пар, и разных комбинаций двух и больше карт. И каждый элемент связан значениями с другими, раскрывая тем самым всевозможные смыслы и значения. И наконец пятая часть посвящена искусству прорицания на картах.

Пользуясь случаем, мы хотим поблагодарить Барбару Клерк за то, что она записывала и архивировала бесплатные уроки и расклады, которые были даны Алехандро Ходоровски. Позже она предоставила все эти архивы в наше распоряжение. Без нее нам пришлось бы рассчитывать только на то, что осталось в устной форме

Марианна Коста.

 

Вступление

Впервые я столкнулся с картами, когда мне было семь лет. Тогда я жил Токопилья. Это небольшой чилийский портовый городок, расположенный между Тихим океаном и горными плато Тарапака, в самом сухом регионе на Земле, где не выпало ни капли дождя за много веков.

Городские торговцы закрывали магазины с полудня до пяти, потому что стояла невыносимая жара.

Мой отец Хейми опускал железные ставни его Украинской Хаты, в которой продавалась женская одежда и товары для дома и шел играть в бильярд к Чокнутому Абраму, Литовскому еврею, вдовцу, который оказался волею судьбы. И в этом месте, где не ступала нога ни одной женщины, конкурирующие торговцы собирались за зеленым сукном, объявляя временное перемирие

По философии Хейми мозг ребенка был уже полностью сформирован к 7 годам. И он считал, что с этого возраста к ребенку надо относиться как к взрослому. Поэтому на 5 году жизни он повел меня играть с ним в бильярд. Но ни оглушающий звук катящихся шаров и ударов кия, ни то как они летали по зеленому сукну, не произвели на меня должного впечатления.Мое внимание привлек карточный замок.

Чокнутый Абрам был просто помешан на строительстве огромных карточных домов. Он мог оставлять эти огромные конструкции, каждая из которой не была похожей на другую, на барной стойке подальше от пивных бочек, и они стояли там до тех пор пока он не напивался и не разрушал их. Но как только он ломал какой нибудь из своих домов, он тут же приступал к строительству другого.

Хейми насмешливо просил меня разузнать, зачем тот это делает. Печально улыбнувшись, литовец дал ребенку тот ответ, который никогда бы не дал взрослому: "Я подражаю Богу, маленькому богу, который создает нас, разрушает нас, и затем воссоздает снова из того, что осталось."

В качестве антидота к скукоте провинциальной жизни, мой отец приглашал группу друзей поиграть в карты по вечерам субботы и в воскресенье, после обеда. А моя мама Сара Феличидад, единственная из присутствовавших женщин, незаметная, как тень, подавала им пиво и канапе. Всю оставшуюся неделю эти карты лежали запертыми в платяном шкафу.

По мнению родителей, карты предназначались только для взрослых. Это заставляло меня представлять их неким чудовищем, которое может быть приручено только мудрецом, например Хейми, который имеет магические способности. И поскольку игроки вместо фишех использовали бобы, каждый понедельник моя мать, наверное, чтобы как-то заглушить боль от того, что ее исключали из игры, варила их для супа, в котором я их затем растирал, и это действо давало мне ощущение некоторой власти.

Будучи сыном русских иммигрантов, я внешне отличался от Чилийцев. И это оставило меня без друзей.

Мои родители были поглощены работой в Украинской хате, и времени на меня у них не было. В тишине и одиночестве, я начал рассматривать мебель в своей комнате в надежде найти деталь, которая бы открыла бы лица, скрытые за масками безразличия.В углу шкафа, между ароматизированными одеждами матери, я нашел маленькую прямоугольную металлическую коробку.Мое сердце начало биться сильнее. Что то подсказывало мне, что я стоял на пороге важного открытия.

Я открыл ее и внутри ее обнаружил карту Таро с названием Колесница. Она изображала принца, ведущего пылающее транспортное средство.Языки пламени были обведены черными чернилами и окрашены желтой и красной акварелью. Кому пришло в голову изменить оригинальный рисунок, добавив туда пламя?

Потерявшись в своих мыслях я не услышал, как вошла моя мама. Пойманный на месте, я признался ей в своей вине и протянул карту. Она взяла ее у меня с благоговением, прижала к груди и разразилась рыдниями.

Успокоившись, она рассказала что ее отец всегда носил эту карту в кармане рубашки, ближе к сердцу.

Он был Русским танцовщиком балета, ростом выше 6 футов, с гривой светлых волос. Он влюбился в мою еврейскую бабушку и последовал за ней в ссылку несмотря на обязательства не делать этого.

В Аргентине, неуклюжий в всем, что касается деталей повседневной жизни, он взобрался на вершину бочки, заполненной алкоголем, пытаясь пламя лампы. Но крышка бочки открылась и он упал в спирт, держа масляную лампу в руках.Жидкость загорелась, и мой дед сгорел заживо. Сара Феличитад родилась спустя месяц после этого ужасного инцидента.

Однажды, ее мать, Джаш, рассказала ей, как среди пепла, оставшегося от ее любимого мужа, она обнаружила эту карту нетронутой... На следующую ночь после похорон на карте вокруг Колесницы появилось пламя, хотя никто его не рисовал. Моя мать не испытывала никаких сомнений в правдивости этой истории. И я, будучи невинными ребенком, тоже верил этому.

Когда мне было десять лет, мои родители продали свой бизнес и объявили, что мы переезжаем в Сантьяго, в столицу. Внезапная потеря своего дом создала в моем сознании ядовитый психический туман. Мои страдания вылились в то, что я начал толстеть

Превратившись в маленькой бегемота, я плелся в школу, не отрывая глаз от земли, а небо мне казалось цементным сводом. Моя боль усугублялась отторжением со стороны одноклассников, заметивших в душе после урока физкультуры то, что мой член не имел крайней плоти.

"Вечный жид", кричали они и плевали в меня. Сын дипломата, недавно прибывшего из Франции, плюнул на обратную сторону карты и приклеил ее к моему лбу.И давясь от смеха, одноклассники подвели меня к зеркалу. Это был один из арканов Марсельского Таро Отшельник.

Я видел его на моем бесславном лице: человек без территории, один, с онемевшими от холода ногами брел в поисках... чего? Чего-то, что дало бы ему идентичность, место в мире и смысл жизни. Старик с лампой в руке. Что держит мою вечную душу? (Перед лицом жестокости моих товарищей, я чувствовал, что мой вес был болью, накопленной в течение многих столетий.) Может ли это лампа и есть мое сознание?

А что, если я просто тело, масса, живущая только тоской, но странный свет, который путешествовал во времени посредством разного транспорта из плоти в поисках чего то немыслимого, чего-то, что к мои бабушка и дедушка именовали Богом? И что, если немыслимое было красотой? Нечто подобное приятном взрыву прорвало барьеры в моем сознании.

Моя печаль была сметена, как пыль. С тревогой выжившего в кораблекрушении, я отправился на поиски порта, где собирались молодые поэты. Он назывался Кафе Ирис.Ирис, посланница богов, которая объединила Небеса и Землю, и была женским аспектом Отшельника. И кто-то приклеил на мой лоб именно Отшельника!

Это было кафе храм, где я встретил своих друзей: актеров, поэтов, музыкантов, кукольников и танцовщиков... Я взрослел среди людей, которые так же как и я, отчаянно искали красоту.

Во время сороковых наркотики еще не были в моде. Наши беседы, подпитываемые творческим пылом, велись под бутылки вина, сменяющие друг друга.На рассвете, голодные и пьяные, мы шли работать в Ботанический сад, чтобы сжечь в себе алкоголь.

Шестьдесятилетняя француженка Мари Лефевр, жила со своим восемнадцатилетним бойфрендом, Нене, в узкой квартиры в цоколе с видом на парк. Она была бедна, но у нее всегда была полная кастрюля какого то супа на кухне, сваренного из остатков еды близлежащего ресторана, которые ей отдавали за гадания на картах Таро для посетителей.

В то время как ее голый любовник храпел, Мари, завернутая в китайский халат, подавала нам полные миски вкусного бульона, в котором мы могли найти рыбу, фрикадельки, овощи, крупы, лапшу, сыр, куриную печень, говядину, и другие деликатесы. А потом она гадала нам на Таро, раскладывая карты прямо на животе своего любовника, который даже не просыпался при этом

Этот странный контакт с картами стал определяющим для меня. Благодаря этой женщине Таро навсегда стали ассоциироваться в моем сознании с щедростью и свободной любовью в сердце. И шестьдесят лет спустя, следуя ее примеру, я всегда делал расклады бесплатно.

В то время, когда я чувствовал себя подобно заключенному, Мари Лефевр предсказала: «Ты будешь путешествовать по всему миру, не останавливаясь, до конца своей жизни.Но услышь это хорошо, когда я говорю, мир я говорю о всей Вселенной. Когда я говорю, конец твоей жизни, я говорю о твоем текущем воплощении. А на самом деле ты будешь жить в других формах до тех пор, пока живет Вселенная.

Позже во Франции я работал с Марселем Марсо, который даровал мне наибольшую честь, когда либо виданную в его труппе: показывать, стоя в неподвижной предлагающей позе, плакаты с названиями его пантомим. И в этой роли живой статуи я за пять лет объездил несколько стран.

Марсо полностью выкладывался на каждом представлении.А затем, вымотанный, на долгие часы запирался в гостиничной комнате. На следующий день, не посещая город, он возвращался в театр на репетицию нового скетча, или исправлял освещение.

Предоставленный сам себе, я посещал музеи, улицы и артистические кафе, и незнание языка меня не останавливало. Мало по малу я приобрел привычку посещать эзотерические лавки, где покупал карты Таро.

И таким образом я собрал коллекцию более тысячи различных колод – алхимических, розенкрейцеров, каббалистических, цыганских, Египетских, астрологических, нумерологических, масонских, сексуальных и многих других.

Все они состояли из 78 карт, разделенных на 56 младших и 22 старших Аркана.Но каждая из колод была проиллюстрирована по-разному. Иногда человеческие фигуры превращались в собак, иногда в кошек. Были там и единороги, и монстры, и гномы.Каждая версия включала в себя брошюру, в которой автор колоды объяснял, что его колода обладает большим знанием и большей глубиной, чем иные колоды.

Я не понимал ни значений, ни методов использования этих весьма загадочных карт, но все равно развил в себе большую привязанность к ним, и обнаружение новой колоды наполняло меня радостью.Я наивно полагал что Таро само по себе способно передать мне то, что я постоянно искал – секрет вечной жизни.

В ходе одной из своих поездок в Мексику, как помощник Марсо, я познакомился с Леонорой Каррингтон, сюрреалистической поэтессой и художницей, которая имела любовную связь с Максом Эрнстом во время испанской гражданской войны.

Когда Эрнст был заключен в тюрьму, Леонора сошла с ума, со всеми ужасами, которые это состояние подразумевает, но и со всеми дверями, которые эта болезнь открывает в тюрьме рационального ума.

Приглашая меня есть череп, сделанный из сахара с моим именем, вырезанным на его лбу, она сказала мне: "Любовь превращает смерть в сладость." Кости скелета Тринадцатого Аркана сделаны из сахара. "Когда я понял, что Леонора использовали символы Таро в своей работе, я умолял ее инициировать меня.

Она ответила: "Возьми эти двадцать два карты.Просмотри их внимательно одну за одной и затем скажи мне что ты чувствуешь. Это и будет означать то, что ты видишь. "Преодолев свое смущение, я стал делать то, что она сказала. Она быстро записывала то, что я говорил. Когда я закончил описывать последнюю карту, Мир, я весь покрылся потом.Загадочно улыбнувшись, она сказала мне "То что ты продиктовал мне это секрет.Поскольку каждый Аркан есть зеркало, а не истина, он становится тем, что ты в нем видишь.Таро это хамелеон."

Затем она немедленно подарила мне колоду, созданную Вайтом, выполненную в стиле 19 века, которая стала потом очень популярной среди хиппи. Я поверил в то, что Леонора, которая мне казалось Жрицей, дала мне ключ к сияющему сокровищу, спрятанному во тьме без осознания, что эти арканы действуют лишь как стимуляторы интеллекта

.По возвращении в Париж, я начал посещать кафе Les Halles, La Promenade de Venus, где раз в неделю Андре Бретон встречался с его сюрреалистической группойЯ позволил себе предложить им эти Таро Вейта, ожидая одобрения и пряча свою гордость.

Поэт внимательно изучил арканы, глядя на них с улыбкой, которая со временем превратилась в гримасу отвращения. "Это нелепая колода карт.Ее символы прискорбно очевидны.В них нет никакой глубины. Единственная стоящая колода карт это Марсельское Таро. Вот эти карты загадочные и живые, и полные вечной тайны. Одна из них вдохновила меня написать Arcanum 17."

Будучи страстным поклонником этого великого сюрреалиста, я бросил свою коллекцию карт в мусорную корзину, оставив только Марсельское Таро, а точнее,версию Пола Марто, опубликованную в 1930.

Но, подобно Бретону, я плохо понимал смысла этих карт – которые, рядом с соблазнительными изображениями Уэйта, казались враждебным, особенно Малые Арканы. И потому я решил выгравировать их в моей памяти, надеясь что моему бессознательному станет доступно то, что закрыто для ума.

Я начал запоминать каждый символ, каждый жест, каждую линию, каждый цвет. Мало по малу, ведомый своим упрямым терпением, я стал способен визуалировать все 78 арканов с закрытыми глазами. В течение двух лет этого эксперимента, я каждое утро ходил в Национальную библиотеку Парижа, чтобы изучать коллекции Таро, подаренные Полом Марто и книги, посвященные этой теме.

До восемнадцатого века, Таро были использованы в азартных играх, и их глубокий смысл оставался незамеченным.Рисунки карт были изувечены или изменены, украшены портретами вельмож, использующих колоду, чтобы отразить великолепие и церемонии королевского двора.

Каждая отдельная строка говорила нечто такое, что часто противоречило другим. На самом деле, вместо того, чтобы говорить объективно о Таро, авторы превратили их в автопортрет, сплетенный с суевериями.

Я обнаружил масонское, даосское, буддистов, христианское, астрологическое, алхимическое, тантрическое, суфийское, и так далее. Можно сказать, что Таро были слугой, вечно работающим на благо какой-то доктрины...

Но самым удивительным из обнаруженного мной было следующее: даже, когда протестантский пастор и масон Курт де Геблин (1728–1784) опубликовали восьмой объем его энциклопедии, Monde Primitif [Примитивные мировой] в 1781 году, в котором прописали не только игровые но и эзотерические характеристики карт Таро, ни он, ни его ученики всерьез не занимались изучением Арканов.

Не осознавая тот факт, что карты являются визуальным языком, который должен быть рассматриваемым и в своей целостности, и в каждой детали, Геблин принял свои фантазии за реальность и заявил, что Таро пришли из Египта – "Иероглифы принадлежащие книге Тота, восстали из руин древнего храма".

Он опубликовал плохой вариант Марсельского Таро, из которого удалил много деталей. Карту Шута сделал 0 арканом и переименовал ее в Дурака, что привнесло в его значение негативный оттенок. " У него нет никакой ценности, как нет ценности у нуля, и это демонстрирует то, что ничто неспособно существовать в сумасшествии " Он добавил ногу к столу Мага, поменял Императора и Императрицу на Короля и Королеву, Папу и Папессу в Верховного Жреца и Верховную Жрицу; безымянный 13 аркан назвал Смерть, назначил неправильный номер аракану Умеренность – напечатал на нем 13, решил, что человек, управляющий Колесницей – это Осирис Триумфатор, Влюбленного назвал Свадьбой, Звезду Сириусом, Дьявола Тифоном, Мир Временем, а Повешенного – "Благоразумие" (и поместил его правой стороной вверх); он убрал оригинальные цвета, и оригинальные обрамления, которые состояли из первоначального прямоугольника, образованного двумя квадратами. Он утверждал, что таким образом исправлял "ошибки" оригинала

После этой публикации первого эзотерического трактата о Таро в Monde Primitif, оккультисты начал бредить всерьез, пренебрегая поискам каких-либо более глубоких исследований его рисунков Таро Марселя, полагая, сто версия Курта де Геблина, включая его египеткие объяснения являются подлинной эзотерической правдой.

В 1783 парихмахер Аллиет, известный под псевдонимом Этейлла (1750–1810), создал причудливую колоду Таро с ссылками на астрологию и еврейскую Каббалу. Затем Альфонс-Луи Констан, он же Элифас Леви (1816–1875), несмотря на его огромный интуицию, повернул нос в сторону Таро Марселя, которое он считал "экзотерическим" и в работе Трансцендентальная Магия: Ее Доктрина и Ритуал, нарисовал "эзотерические" версии Колесницы, Колеса Фортуны и Дьявола. Он связал 22 Старших Аркана с буквами Еврейского алфавита и отбросил 56 Младших Арканов.

Его идея была принята Жераром Анкоссом, который под псевдонимом Папюс (1865–1917) создал Таро с египетскими фигурами, иллюстрирующими древнееврейскую каббалистическую структуру.

Затем последовало множество попыток увязать Таро со всевозможными существующими эзотерическими системами. Были написаны тысячи книг, которые искали связь Таро египтянами, Халдеями, Евреями, Арабами, Индусами, Греками, Китайцами, Майя, и даже с внеземными цивилизациями.

Некоторые подобные издания даже упоминали Атлантиду и Адама, которому приписывались эскизы первых карт, выполненные по поручению ангела. (Для религиозной традиции, священные работы всегда небесного происхождения. Создание символической системы всегда считалось даром Бога, и никогда не связывалось с плодом человеческого вдохновения)

Слово Таро может быть и египетским (tar: путь; ro.rog \ королевский); и Индо-татарским (tan-tara: зодиак); и на Иврите (torah: закон); и латинским (rota: колесо; ORAT: говорят); и на Санскрите (tat: вся; tar-o: неподвижная звезда); и Китайским (Tao \the неопределимым Принцип). Различные этнические группы, религии и тайные общества утверждают, что являются их прародителем: цыгане, евреи, масоны, розенкрейцеры, алхимики, художники (Dali), гуру (Ошо), и так далее.

В них можно найти влияния Еврейских Писаний, Евангелия и Откровения (в таких картах, как Мир, Повешенный, Умеренность, Дьявол, Папа, Суд) Учения из тантры, И-Цзин, Кодексы ацтеков , греко-латинскую мифологию.Каждая новая колода карт содержит субъективный характер авторов, их видение мира, их моральные предрассудки, их ограниченный уровень осведомленности.

Как и в истории о Золушке, где каждая из её сестер была готова отрезать половину своей ноги ради того, чтобы влезть в хрустальную туфельку, любой оккультист подгоняет под себя первоначальную структуру.

Чтобы Таро соответствовало двадцати двум путям Древа Жизни, соединяющих десять Сфирот из каббалистической традиции, AE Уэйт поменял местами карты 8 Правосудие и 11 Сила, преобразовал карту Влюбленный в Влюбленные и т.д., тем самым фальсифицируя смысл всех Арканов.

Алистер Кроули, оккультист, принадлежащий Ордену Восточных Тамплиеров (ОТО), также изменил цифры и рисунки (и таким образом смысл), а также порядок карт. Правосудие стало Регулированием; Умеренность Искусством; а Суд Эоном. Он убрал рыцарей и пажей, заменив их принцами и принцессами.

Освальд Вирт, швейцарский оккультист, масон, член Теософского общества, создал свое Таро, в котором он представил не только средневековые костюмы, Египетские сфинксы, арабские цифры и еврейские буквы вместо римских цифр, даосские символы, и алхимическую версию Дьяаола, изобретенную Элифасом Леви. А также он почерпнул вдохновение из неуклюжей версии Курта де Гебелина (см его карты Башня, Умеренность, Правосудие, Папу, Влюбленного), и утверждал, что Таро Марселя было народной версией Таро Геблина.

Тысячи адептов американской секты розенкрейцеров заявили, что египетское Таро Фальконьера, акционера Comedie-Frangaise, которые нарисовал и опубликовал его в 1896 году, посвятив Александру Дюма младшему – была оригинальной священной колодой. Три века фантазий и мистификации

Священная работа по сути совершенна; ученик должен принять ее в полном объеме, не пытаясь прибавлять и вычитать оттуда что-то вообще. Никто не знает, кто создал Таро, и где именно оно было создано. Никто не знает, что слово Таро значит, и к какому языку относится

Не знает никто,было ли Таро таким, как есть с самого начала или это конечный результат медленной эволюции, которая началась с создания арабской карточной игры под названием naibbe (карты), к которой Старшие Арканы и Придворные Карты были добавлены потом. С помощью создания новых версий Таро Марселя, безымянного как и все священные памятники, некоторые полагают, что проделывают значимую работу, внося изменения в рисунки и названия карт. А на самом деле просто потакают своему тщеславию.

Что было в основе намерения создателя этого кочевого собора? Был ли это один человек, который оказался способен придать форму такой большой большой энциклопедии символов? Кто мог оказаться способным собрать все эти знания в течение одной человеческой жизни?Таро изготовлены с такой высокой точностью, его внутренние отношения и геометрическое единство так прекрасно, что невозможно поверить будто это творение плод работы одного единственного создателя.

Просто изобретение структуры, создание персонажей с своей одеждой и их жестами, и установление абстрактной символики Малых Арканов требует очень много лет напряженного труда. Короткого промежутка одной человеческой жизни было бы недостаточно. Элифас Леви в своей Трансцендентальной Магии, если мы читаем между строк, выражает это понимание:

На самом деле это монументальная работа, сильная и простая, как архитектура пирамид и, следовательно, прочная как они же – книга, которая является суммой всех наук; что может решить все проблемы в их бесконечных комбинациях; что говорит путем пробуждения мысли, является вдохновителем и регулятором всех возможных концепций, шедевр, возможно, человеческого разума, несомненно одна из самых прекрасных вещей, завещанных нам античностью, универсальный ключ. Это по-настоящему философский машина, которая удерживает ум в правильной стезе, но при этом стимулирует его инициативу и свободу; это математика, применяемая к абсолюту, союз положительного и идеального, лотерея мысли, точная, как числа; это, наконец, возможно, самый простая и грандиозная концепция человеческого гения...

Чтобы представить себе происхождение Таро ( карточные игры были запрещены в уставе Аббатства Санкт-Виктор Марсель для всех, кто следует религиозному пути с 1337), мы должны вернуться, по крайней мере в 1000 год. В ту эпоху на юге Франции и в Испании, можно было увидеть церковь, синагогу, и мечеть, мирно существующих рядом друг с другом. Три религии уважали друг друга, и мудрецов каждой из них, без колебаний обсуждали разные моменты со своими коллегами и учились новому их этих взаимных контактов.

Влияние Христианства прослеживается в арканах II, V, XIII, XV, XX, и XXI. Четыре Буквы Иврита – Йод-Хей-Вау-Хей, которые описывали Божественность, можно заметить в голове скелета безымянного Аркана, и на 10 Сфироте каббалистического Древа жизни, которое мы можем увидеть на груди Повешенного. Исламские символы появляются в Младших Арканах. Например, на верхней части Туз Кубков есть круг с девятью точками, что представляет собой эннеаграмму посвящения.

Вполне возможно, что группа, состоящая из мудрецов из трех конфессий, предвидя распад их религий – который бы неизбежно породил бы ненависть между сектами и забвение священной традиции, работали вместе для того, чтобы сохранить эти знания в скромной форме карточной игры, которая бы смогла пройти сквозь тьму истории, пока не достигла бы такого момента, когда люди более высокого уровня сознания сумели бы расшифровать его замечательное послание.

Рене Гийон в произведении Символы Сакральной Науки пишет:

Люди, таким образом, неосознанно сохранили [в своем фольклоре] осколки древних традиций, иногда настолько древних, что их истоки даже невозможно определить. Делая это, они поступали как своего рода коллективная память, содержание которой бралось откуда-то еще. И вещи, которые удалось таким образом сохранить, сформировали значительный объем эзотерических данных, но в завуалированной форме.

Дж Максвелл, в книге Таро, символ, арканы, дивинация, 3 стал первым автором, который вернулся к истокам Таро, признавая, что Таро Марселя (версия Николя Корера) является оптическим языком, нуждающимся в понимании. Позже, Павел Марто в книге Таро Марселя 4 подражая Максвеллу, воспроизвел карты, анализировал их по одной, деталь за деталью, принимая во внимание ее число, цвет и смысл каждого жеста у изображенных фигур...

Тем не менее, хотя он последовал верным путем исследования Таро, заданным Максвеллом, он допустил две ошибки. С одной стороны, колода, которуб он использует является лишь одной из версий оригинала. Его рисунки являются точными копиями Таро Besangon опубликованные Гримо в конце ХIХ века; Гримо же лишь воспроизвел другую колоду Таро Besangon опубликованную Леквартом и подписанную "Amoult 1748" Марто также позволил себе изменить некоторые детали, поскольку это позволило ему коммерциализировать колоду и получать с нее доходы, как автору. А именно – он свел рисунки колоды к четырем основным цветам, которые были доступны тогда для машинной печати, и при этом отошел от старых оригинальных оттенков, которые присутствовали в колодах, выполненных вручную.

Будучи не состоянии отыскать колоду, которая была бы столь близка к оригиналу, чем вариант Пола Марто, я посвятил себя ее изучению. Я осознал, что если кто то и сможет подсказать мне как ее расшифровать, то это вряд ли будет человек из плоти и крови. Единственный мой учитель это само Таро.

Все, что я хотел знать, лежало тут же передо мной, перед моими глазами...

Было важно перестать слушать объяснения, основанные на "традиции", мифах, парапсихологических объяснениях и позволить Арканам говорить самим за себя. Для того, чтобы интегрировать Таро в свою жизнь, я выполнял с ними такие действия, которые рациональные умы, вероятно, сочли бы ребячеством.Например, я спал каждую ночь с разными картой под подушкой, или проводил весь день с одной из них в кармане. Я натирал свое тело картами; Я проговаривал их названия, представляя себе их ритм и стиль...

Я представлял каждую фигуру обнаженной, представлял символы покрывающие небо, заканчивал рисунки, которые обрывались рамкой: Я дорисовал животное,которое сопровождает Дурака, и приспешника Папы, продлил стол Мага, пока его невидимая четвертая ножка стала явной, представил, откуда может свисать завеса Верховной жрицы висел, смотрел, в какой океан течет вода, которую льет женщина с аркана Звезда, и куда уходит бассейн в Луне

Я думал о том, что несли Дурак в кармане, а Маг в сумке, пытался представить себе нижнее белье Верховной Жрицы, вульву Императрицы и Фаллос императора, пробовал увидеть, что Повешенный скрывал в своих руках, кому принадлежали отрубленные головы Аркана 13, и так далее. Я представлял себе мысли, эмоции, сексуальность, и действия каждого персонажа. Я заставлял их молиться, оскорблять, заниматься любовью, декламировать стихи, лечить.

Поскольку слова Аркан – большой или малый – не печатаются на колоде, мы не должны смотреть на карты как на "секрет, тайную вещь, которая оккультна и чрезвычайно трудна для познания." У меня была свобода называть их как хочу – Гравюры, карты, цифры, арканы – выбор был ничем не ограничен. Поскольку слова Epee [Меч], Coupe [Кубок], Baton [Жезл], и Deniers [Пентакль] уже были там, я сначала выбрал арканы (большие и малые), а затем разложил их в алфавитном порядке: А для Арканы; В течение Жезлов; С для Кубков; D для Пентаклей; E для Мечей; F для Фигурных карт...

Я углублял свои познания в Таро Пола Марто в течение более тридцати лет, организовал семинары, и давал по нему уроки, обучив ему сотни и сотни учеников.В 1993 году я получил открытку, в которой Филипп Камоа, прямой потомок семьи Марсель, которая издавала Таро Николя Конвера с 1760, рассказал мне о автомобильной аварии, в которой его отец, Денис Камоа, погиб.

Это трагическая смерть сильно повлияла на него, еще и потому, что муниципальные власти воспользовались этим событием для того,чтобы экспроприировать типографию, снести ее и построить на ее месте стоматологическую школу. Потрясение оказалось столь сильным, что Филипп Камоа стал отшельником.

Он провел десять лет в доме своего отца в маленьком городке Форкалькье без какого-либо общения с внешним миром, за исключением того обеспечивается спутниковой антенной с сотней различных каналов. И благодаря им он изучил десяток разлиных языков. Электронный экран стал его собеседником. И ему стало казаться, что он способен ощущать запах людей, появляющихся на экране. Когда у него была какая-то проблема или вопрос, он включал наугад любой из каналов и трактовал картинку как ответ. В одну из бессонных ночей, когда часы показывали 3:00, он задал этот вопрос: "Что я должен сделать, чтобы продолжить семейную традицию прерванную смертью моего отца?" и нажал кнопку. А на экране появился я, отвечающий на журналиста. Филиппу показалось, что на самом деле я обратился к нему. Несколько дней спустя он повторил вопрос, и я снова появился на экране. Это же произошло и в третий раз. Именно поэтому он решил вернуться в мир и написать мне письмо с просьбой о свидании.

Когда я его увидел, я не мог определить его возраста. Он мог легко быть и 50 летним и 20 летним. Назвать его стариком было также легко как и ребенком. У него были сложности с самовыражением. Длинные паузы следовали за каждым его словом

Он производил впечатление человека, который сам по себе ничем не вдохновлен. Как будто вся информация приходит к нему из иных измерений. Прозрачность кожи выдавала в нем вегетарианца.

У него были татуировки на основании каждого из больших пальцев. Слева была луна, а справа солнце.

Он хотел посещать мои классы по Таро. Студенты думали, что Филипп немой – настолько сложно ему давалось какое-то общение с людьми. Ему было проще разговаривать с существами из других миров.

Его направлял бог Шива, потому что он обладал с одной стороны божественной сущностью, распространяющей любовь и плодовитость, а с другой стороны подчинял себе демонов.

Я решил осуществить терапию, я решил использовать Психомагию. И если смерть отца сломала узы, связывающие его сына с этим миром, то мне показалось правильным восстановить их через вовлечение Филиппа в некое дело, связанное с семейной традицией. В частности я предложил ему вмесе со мной восстановить Таро Марсель. В этот момент я полагал, что эта задача будет упираться лишь в устранение мелких деталей добавленных туда Полом Марто, и , возможно, в уточнении некоторых рисунков

Филипп принял мое предложение с энтузиазмом. Он понял, что это и была причина, по которой он искал меня. Я поговорил с его матерью и попросил ее оказать помощь. После смерти своего мужа она подарила множество коллекций колод Таро разным музеям, и потому поддержала наши походы туда рекомендательными письмами. Поэтому нас везде очень тепло встречали и позволяли изучать карты.

Мадам Камоа так же сохранила коллекцию печатных плат 18 века.

Лишь к концу года мы стали осознавать, какая огромная работа нас ждет! Это оказался вовсе не вопрос об уточнении нескольких деталей; это была задача полного восстановления Таро, со всеми его оригинальными цветами, выполненными вручную, и воссоздание рисунков, стертых поколениями переписчиков.

К счастью, отсутствующие фрагменты картин с одной колоды появлялись на другой, что позволяло полностью воспроизвести изображения. Мы обрабатывали данные мощными компьютерами, благодаря которым мы смогли сравнить бесчисленные версии, помещая одно изображение поверх другого. Это были варианты разных колод, включая работы Николя Конвера, Додала, Франсуа Туркати, Фотрье, Жан-Пьера Пайена, Сюзанны Бермардан, Лекарта и так далее.

Мы работали над этой реставрацией два года. Филипп воссоединился с миром и продемонстрировал свои удивительные способности. Например, он пользовался компьютером на уровне эксперта. Сложность задач требовала более мощных машин. И его мать обеспечила нас всеми необходимыми техническими средствами, не заботясь о стоимости.

Трудность этих восстановительных работ заключалась в том, что Таро Марселя состоит из символов, которые тесно переплетаются и соединены друг с другом; если одна линия будет изменена, то вся остальная работа окажется фальсифицированной. В 17 веке множество печатников изготавливало Таро Марселя. В 18 веке колоды Таро являли собой копии предыдущих версий. Поэтому мы не можем считать, что какая-то из колод восемнадцатого века Таро является оригиналом. Весьма вероятно, что версия Николя Конвера от 1760 содержит ошибки. Особенно потому, что машинная печать сильно сократила число оттенков, которые использовались при ручной работе.

В зависимости от принтера, линии и цвета воспроизводились с разной степенью точности. Кто-то, будучи непосвященным, сильно упростил символы. Затем те, кто копировал их, добавил свои ошибки к уже имеющимся. С другой стороны, мы заметили, что некоторые Таро имеют одинаковые рисунки, но все же одни колоды содержат символы, которые не появляются на других. Мы решил, что они все были скопированы с одной и той же, более старой версии Таро, которая является утраченной. Именно эта версия и была тем оригиналом, что мы хотели восстановить.

Мы наткнулись на, казалось бы непреодолимые препядствия: ни один музей не имел такой колодыТаро Марселя, которая был полной, древней, и раскрашенной в ручную. Наша работа была остановлена на время, которое, казалось вечностью.

Вдруг я вспомнил, что на площади в Рио-де-Жанейро в Мехико, шестидесяти ярдах от моего тогдашнего дома, жил антиквар Рауль Кампфер, специалист по ацтекам и майя. В 1960 году он попытался продать мне старую "французскую" колоду Таро,окрашенную вручную, и хотел за нее десять тысяч долларов. Одержимый вариантом Уэйта, я не счел в тот момент это предложение интересным, да и в любом случае это было слишком дорого. А потом я забыл об этом... Чудо: рядом с тем местом, где я когда-то жил был, пожалуй, ценный образец, который мы так отчаянно искали.

Мы с Филиппом уехали в Мексику и, охваченные волнением, постучали в дверь антиквара. Нам открыл молодой человек: это был сын Рауля Кампфера, а сам он скончался. Парень хранил отцовские предметы в одной комнате, и он не был уверен, была ли среди них эта колода Таро. В ходе долгих совместных поисков, мы, наконец, обнаружили ее в картонной коробке на дне чемодана. Мальчик продал его нам эту реликвию за разумную цену, и мы вернулись в Париж с нашей находкой. Эта колодаТаро служила нам в качестве важного руководства для восстановления прежних цветов с помощью компьютера.

По мере того как наша работа продвигалась, я проходил через ряд определенных духовных состояний. Я провел много лет вживаясь в Таро Пола Марто и осознавая глубочайший смысл каждой детали. Делал я это, отдавая свою безграничную любовь к Арканам. И поэтому они влияли на меня остро, как удары ножа.

Глобально, работы по восстановлению потребовали часть меня, потребовали смерти этой части во имя перемен.При преобразовании двух костей Пола Марто в Маге – один, показывающий 1, а другой 5 (а вместе они показывают 15, число аркана Дьявол), и скрывая их противоположные поверхности 2 и 6 (Йод 10 + Хе, 5 + Вау, 6 + Хе, 5), я понял, что демон был только маской Бога – в третьей восстановленной версии, три поверхности, добавляют число до семи (3 х 7 = 21, Мир), привели к изменению этих символов в абсолютно другие, что заставило меня проделать невероятные умственные усилия для, чтобы заменить их на те, которые я лелеял.

То же самое произошло со мной, когда я думал над белой обувью Императора. Я привык думать, что могущественный монарх делал шаги недостижимой чистоты, полной мудрости, которая соотносится с его белой бородой. Но в реальности его обувь была красной, а борода синей как небо. Это были шаги завоевывающей активности, близкой к кресту на скипетре, который развернут этим символом в мир, а борода мужчины была символом чувствительности, духовности и открытости, больше имеющим отношение к интуиции, чем к уму.

В Любовнике, к моему великому огорчению, я должен был забыть про параллель, которую я провел между центральной фигурой, изображенной Марто босоногим, и Моисеем, который снял свою обувь, для того чтобы слышать голос Его в Вышине в горящем кусте.

Было болезненно признать, что эта фигура была в красной обуви, столь же активной по смыслу, как обувь Императора или Шута, который отдал свою любовь менее божественному и более земному.

Повешенный Марто не был подвешен за одну ногу, как это было в нашей версии.

Я вынужден перейти от фигуры, которая была свободня решить бездействовать к другой, которая была рада своим границам, как космическому закону, против которого она не может восставать, и который подчеркивал, что свобода заключается в подчинении ему.

В аркане 13 у Марто скелет отрезал свою собственную ногу: саморазрушение. В нашей версии у него была синяя рука и такого же цвета позвоночник, действие созидания повторялось в его косе, где старый красный увет был смешан с небесно голубым, что означало засеивание зерен духа.

Дьявол Марто в размахивает мечом за лезвие, при этом тупо ранит себя за руку, в то время как в нашем варианте эта его рука держит факел, отбрасывающий свет во тьму. В Башне появляются три ступени посвящения и дверь. Это означает, что две фигуры не падают, а покидают ее радостно и по доброй воле... и многие другие детали, которые изменили мое видение.

Конечно, мне потребовалось время, чтобы оставить версию Марто. Я начал совмещать две колоды, и результат этого совмещения я предоставил консультанту.

И постепенно старая колода начала тускнеть как осенние листья, в то время как новая заиграла новыми красками и энергией. В одну прекрасную среду утром, в саду моего дома в Венсен, я похоронил свою любимую колоду Таро Пола Марто у подножия густой липы с печалью сына, который хоронит свою мать, и посадил розовый куст на вершине.

Тем же самым вечером в кафе Сан-Фиакр, где я еженедельно проводил сеансы гадания, я начал использовать свою новую восстановленную колоду, и с тех пор пользовался только ей.

И так совпало, что Марианна Коста подошла к моему столу.Наша встреча была столь же важна, как встреча с Филиппом Камоа. Без Марианны я никогда бы не написал этой книги.

Рациональному уму сложно признать, что нет ничего случайного в природе, и что все, что происходит во Вселенной вызвано предустановленным законом, что некоторые события записываются в будущем, и что эффект предшествует причине. Но появление моей коллеги казалось работой судьбы, управляемой некой непостижимой сущностью. Марианна была сначала моей ученицей, затем помощницей, а закончили мы совместными предсказаниями, однако этот путь был проиллюстрирован арканами: Император – Императрица, Верховная жрица – Папа, Луна – Солнце. Инициатива нуждалась и в ее женском начале, и в Космическом Сознании. A.J.

 

© Перевод: Елизавета Котаева

© Castalia.RU

© Thelema.RU