Джеймс Мартин.

 

«Посмотри на него. Выше этого нет ничего на свете.
Посмотри на него — и ты увидишь свою собственную душу».

— Слова верховного жреца шиваитов, обращенные к соискателю посвящения.О Священном Фаллосе из Великого Храма Шива-Лингама.

Высказывалось мнение, что вся церемониальная магия по определению солярно-фаллична. Но в действительности это не всегда было так, да и нет никаких причин, по которым так должно оставаться и впредь. В некоторых традициях Солнце — божество женского рода[1]; и, кроме того, в ходе истории лунарно-йонические религии не раз овладевали духовным воображением человечества и выходили в нем на первый план. Некоторые неоязычники полагают даже, что плачевная судьба, постигшая тамплиеров, — прямое следствие того, что они сознательно нарушили эзотерическую традицию, согласно которой в центре пантеона стоит Богиня, а «Великим Обрядом» является гетеросексуальная майтхуна[2].

И все же мы сосредоточим внимание в первую очередь на культе фаллоса и на том, какую роль он играет в сексуальной магии. В последнее время культ этот переживает примечательное возрождение, в особенности в уранических кругах. К примеру, на фоне активизации движения за права геев в нескольких американских городах — Сан-Франциско, Монреале, Чикаго и Нью-Йорке — появились церкви Приапа. Их прихожане стремятся возродить психосексуальные стороны фаллической религии в том виде, в каком те бытовали в древние времена в итальянской Изернии (согласно описанию, которое дает Пейн-Найт в своей книге о культе Приапа[3]). Однако эти молодые гомосексуальные общины упускают из виду, что приапический фаллицизм в своей исконной, первозданной форме был строго гетеросексуальным, а изернийские женщины молили о плодовитости чрева таких христианских святых-покровителей, как Косма и Дамиан[4]. (Это любопытное сочетание фаллицизма с культом католических святых, описанное Пейном-Найтом, напоминает о таких современных афро-американских религиях, как сантерия, и о прочих гибридах язычества и христианства, наподобие «католицизма майя», распространенного на Юкатане и в Гватемале).

Как показал Жак-Антуан Дюлор в своем классическом труде по фаллицизму «Боги плодородия»[5], фаллические культы испокон веков были тесно связаны с поклонением солнцу как божеству мужского пола. За всю историю не найдется периода, когда не процветал бы хоть один фаллический культ. Древние евреи не всегда были такими строгими монотеистами, как в наши дни: они поклонялись не только Яхве, но и богам других палестинских народов — Хамосу моавитян, Милкому (или Молоху) аммонитян и ханаанейскому Ваалу. Сам Соломон, по преданию, служил фаллическим богам и, в частности, воздвиг культовый столб по просьбе одной из своих многочисленных жен,

Маахи. И лишь после того, как пророк Осия принялся выступать против «поклонения истуканам и прочих мерзостей», культы подобного рода были подавлены[6].

Со сменой исторических эпох прежние боги обычно становятся демонами. Так Ваал-Фегор, верховный бог мадианитян, превратился для средневековых католиков в великого демона Бельфегора. Это и не удивительно, учитывая отношение господствующих ныне религий к фаллицизму. Культ Ваал-Фегора включал в себя буйные оргии, в ходе которых служителям бога отдавались не только женщины, но и мужчины, в актах содомии принимавшие семя как священный дар божества. Подобные практики присутствовали и во многих других древних солярно-фаллических культах[7].

Ветхий Завет битком набит солярно-фаллической символикой. К примеру, Иисус Навин берет в свидетели камень в Сихеме[8]; Соломон приносит жертвы в древнем святилище в Гаваоне и так далее[9]. И даже тот одинокий воитель, бог пустыни, Яхве, которому древние евреи стали поклоняться позднее как Единому Богу, по общему мнению изначально тоже был фаллическим божеством. Каждый камень или столп, упомянутый в Ветхом Завете как объект поклонения, несет в себе фаллические коннотации. Тот же скрытый смысл содержится и в словах «крепость» и «твердыня»: «Господи, крепость моя!» (Пс. 17:2), «Господь, твердыня моя» (Пс. 91:16), «...где боги, их твердыня, на которую они надеялись» (Втор. 32: 37) и т.д.

Райли Скотт также отмечает, что переводчики Ветхого завета тщетно старались устранить из текста все «непристойные» коннотации. Так, например, древнееврейское слово, означающее «половой член», было условно заменено на «стегно» (бедро), в результате чего утратило всякий смысл описание древнего обычая клясться или приносить обет верности, возложив руку на фаллос. Этот обычай фигурирует в Быт. 24:2—3, где Авраам велит своему рабу: «...положи руку твою руку под стегно мое и клянись мне Господом Богом...». В действительности здесь идет речь не о «стегне», а о половом члене. Схожий обычай имелся у древних египтян (т. наз. фаллическая клятва Осириса, см. Илл. 1), а некоторые семитские народы и по сей день клянутся, возлагая руку на гениталии. В связи с этим примечательно, что латинские слова «testator» («свидетель», «приносящий клятву») и «testiculus» («мужское яичко») являются однокоренными[10].

Илл. 1

В том, что солнечно-фаллическая образность заняла столь важное место в сердцах и помыслах людей, нет ничего удивительного. «Пришествие весны — прекраснейшее из времен, — пишет Ж.-А. Дюлор. — Никакой из сезонов не пробуждает в нас такого восторга и бодрости, как этот. Торжествуя над цепенящей стужей и долгой ночью зимы, солнце с каждым днем поднимается все выше и выше, разливая благодатное тепло по всей земле, питая фауну и флору, воскрешая природу и рассыпая повсюду семена жизни, юной зелени, цветения и любви. Эти упоительные мгновения, эту щедрую благостыню весеннего солнца остро ощущали все, кто поклонялся дневному светилу...»[11].

Привержены большинства культов плодородия отмечали приход весны красочными праздниками — предшественниками нынешних масленичных карнавалов. Последние — не что иное, как пережитки языческих торжеств, таких как древнегреческие Великие Дионисии, посвященные Вакху, и римские Гиларии, справлявшиеся в честь Аттиса и Кибелы. Но в отличие от древних праздников, знаменовавших завершение зимних тягот и служивших наградой за долгий пост, в христианской традиции все обстоит наоборот: за весенним карнавалом следуют Великий пост и покаяние — в полном соответствии с догмами религии, стремящейся любыми средствами поддерживать в своих приверженцах чувство вины.

Наивысшего расцвета за всю историю человечества фаллицизм достиг в Индии, где сохраняется и по сей день в некоторых шиваистских сектах. В своих путешествиях по странам Востока Кроули некогда посетил великий храм Шива-Лингама, где был потрясен откровенностью индуистского фаллического культа, особенного поразительного по контрасту с викторианским ханжеством.

Л. Бэшем указывает, что индийский фаллический культ восходит к хараппской цивилизации, процветавшей около пяти тысяч лет назад. Жители Хараппы — древнего города, располагавшегося близ старого устья реки Рави на территории современного Пенджаба, — поклонялись «прото-Шиве»: культовыми предметами им служили конические фигурки из терракоты. Фаллопоклонниками были и дравиды, обитавшие в Южной Индии и на Шри-Ланке. Они воздвигали ритуальные столбы фаллической формы, подобные греко-римским гермам[12].

Одна из индийских фаллических сект, сохранившихся до наших дней, — лингаяты. Основатель этого течения, Басава, брамин XII века, выступал с радикальной проповедью равноправия полов и отменил в среде своих последователей закон, запрещавший женщинам повторно вступать в брак после смерти мужа. Единственным дозволительным объектом поклонения Басава объявил священный фаллос Шивы. Крупные центры этой секты в наши дни находятся в Хайдарабаде и Майсоре, однако в них учение лингаятов представлено в несколько смягченной форме, включающей компромиссы с ортодоксальным шиваизмом[13].

Фаллицизм, связанный с различными шиваистскими сектами, широко распространен в Индии и по сей день. Особенно ярко он проявляется в практике поклонения лингаму как в виде отдельно стоящих каменных изваяний, так и в символической форме посохов-данда, с которыми ходят странствующие монахи[14]. Однако арийские захватчики были более стыдливы, чем завоеванные ими дравиды, и презирали местные племена, поклонявшиеся «богу-пенису». В «Ригведе» содержится предписание, запрещающее «тем, кто поклоняется фаллосу, как богу», входить в храмовые святилища. Впрочем, этот запрет может быть связан с тем, что приверженцы некоторых форм шиваизма практиковали ритуальное самоосквернение (с точки зрения последователей более ортодоксальных сект): поедали экскременты, обмазывались коровьим навозом, жили на кладбищах и т.п.

Бенджамин Уокер отмечает, что в некоторых сексуально-магических шиваистских ритуалах использовались натуралистические лингамы, покрытые резными изображениями. В этих ритуалах участвовали как мужчины, так и женщины, причем последние нередко использовали упомянутые лингамы по прямому назначению[15]. Традиционно при помощи таких искусственных фаллосов проводили дефлорацию девственниц перед первой брачной ночью: этот способ разрушения девственной плевы считался более гигиеничным. А бесплодные женщины садились на лингамы в надежде, что смогут от них зачать[16]. Повсеместно проводились праздничные шествия с лингамами, как, например, в Ганджаме, где по улицам проносили огромную статую божества в великолепном паланкине, украшенном живописными или резными изображениями совокупляющихся богов и богинь[17].

Можно также вспомнить об Элевсинских мистериях, в ходе которых участники шествия несли в закрытых корзинах некие «неназываемые предметы». Высказывалось предположение, что в кульминационный момент мистерий посвящаемым демонстрировали изображение фаллоса, погруженного в йони Деметры[18].

Пережитки фаллических культов сохранялись вплоть до XVIII века, несмотря на все попытки христианства искоренить их окончательно. А в наши дни, как упоминалось выше, некоторые группы неоязычников возродили древний культ Приапа и практикуют связанные с ним ритуалы. Одна такая группа во главе со жрецом Кибелы по имени Sodomiticus ac Impudicus (что в буквальном переводе означает «Бесстыдный содомит») проводит «Фаллическую мессу». Воспроизвести здесь ее текст полностью я не могу (во избежание «профанизации»), однако мне разрешили привести общую схему ритуала:

I. Подготовка.

А. Приготовьте алтарь, покрытый клеенчатой тканью лавандового цвета (лаванда — священное растение Приапа).

Б. Расставьте на алтаре свечи. В общей сложности потребуется шесть свечей. Четыре из них символизируют: Отца; Мать; Отца, Ставшего Плотью (властного и покровительственного); и Мать, Ставшую Плотью (яростную и активную); и всё это — Сын, объединяющий в себе все вышеперечисленные принципы[19]. Эти четыре свечи должны быть темно-синими (цвета ночного неба). Они помещаются рядом с изображением божества. Остальные две — пурпурные (цвета кардинальской мантии) вотивные свечи — устанавливаются по обе стороны от центральной композиции.

В. Расставьте на алтаре статуэтки, изображающие:

1) Приапа;

2) Антавга[20] в образе Крылатого Фаллоса;

3) Спасителя Мира (Soter Kosmou), как тот представлен у Пейна-Найта[21]; см. Илл. 2.

Илл. 2

Г. Расставьте на алтаре искусственные фаллосы в любом доступном количестве; при желании можете смастерить их самостоятельно из дерева, пластика или другого материала.

Д. Сварите священный напиток, содержащий главным образом «мужские» ингредиенты (например, женьшень, йохимбе и т.п.)

II. Месса.

А. Верховный жрец вибрирует Призывание Приапа.

Б. Вознесение молитв Приапу, Антавгу (Эроту Протогону) и Спасителю Мира.

В. Благословение и питье священного напитка.

Г. Благословение фаллосов.

Д. Верховный жрец произносит Фаллическое Наставление.

Е. Принятие причастия.

Ж. Пиршество Любви: ритуальное совокупление с фаллосами (по образцу работы VIII или псевдо-XI степени).

З. Завершение церемонии: Верховный жрец произносит благословение.

Некоторые части этого ритуала написаны на латыни.

Интересно, что по меньшей мере одна викканская «традиция» — та, которую основали Гэвин и Ивонна Фрост, — использует в своих обрядах искусственные фаллосы[22]. Библия, само собой, осуждает использование искусственных фаллосов[23], хотя можно предположить, что подобные запреты, равно как и запреты на coitus interruptus и гомосексуальные акты (в Книге Левит), были рассчитаны не столько на то, чтобы лишить людей удовольствия, сколько на поддержание и увеличение численности племени. В конце концов, в те времена выживание и свобода напрямую зависели от размеров клана.

О фаллицизме, как древнем, так и современном, можно было бы сказать еще немало, но далее эта тема будет рассматриваться в тесной связи с другими вопросами, которым посвящены следующие главы нашего гримуара.

Приложения (от переводчика) 

I

Отрывок из книги Ричарда Пейна-Найта «О культе Приапа»: описание изернийского праздника в честь святых Космы и Дамиана. 

Ниже следует рассказ о празднестве святых Космы и Дамиана, как его доподлинно справляли в Изернии, что на границе с Абруццо, в королевстве Неаполитанском в год Господа нашего 1780-й.

27 сентября в Изернии, одном из древнейших городов королевства Неаполитанского, в контадо, то есть округе, именуемом Молизе, на границе с Абруццо, справляют ежегодное празднество, продолжающееся три дня. Проводят его на возвышенности между двух рек, приблизительно в полумиле от города Изерния. В самой высокой части той местности стоит старинная церковь с папертью в средневековом стиле; говорят, что она служила храмом и монастырем бенедиктинским монахам, когда те жили в бедности и нужде. Посвящена та церковь святым Косме и Дамиану. В один из дней празднования мощи этих святых выносят на обозрение из городского собора, а затем несут в торжественной процессии, при великом стечении народа, к той самой церкви. И в самом городе, и по пути следования процессии прилюдно продают ex-voti[24] в форме мужских детородных органов разного размера, иные длиною с ладонь. Торгуют также и восковыми обетными фигурками, изображающими другие части тела, но таковых по сравнению с вышеупомянутыми приапами немного. Благочестивые разносчики ходят с наполненною ими корзиной в одной руке и с подносом для денег — в другой, выкрикивая в толпу: «Святые Косма и Дамиан!» Если спросить, сколько стоит одна такая фигурка, последует ответ: «Piu ci metti, piu meriti» («Чем больше дашь, тем более будешь угоден»). На паперти стоят два стола, за которыми восседают каноники, выкликающие с одной стороны: «Qui si riceveno le Miss, e Litanie» («Здесь принимают заказы на мессы и литании»), — а с другой: «Qui si reciveno li Voti» («Здесь принимают обеты»). Заказать мессу стоит пятнадцать неаполитанских грано, а литанию — пять грано. Обеты приносят главным образом особы женского пола; редко какие из них представлены руками, ногами и т.п., большинство же фигурок изображают мужские детородные части.

Человек, побывавший на этом празднестве в 1780 году и предоставивший мне это описание (достоверность которого по всем статьям впоследствии подтвердил губернатор Изернии), сообщил также, что слышал собственными ушами, как одна женщина, принося обетную фигурку, подобную той, что изображена на илл. I, 1, произнесла: «Santo Cosimo benedetto, cosi lo voglio» («О благословенный святой Косма, да будет вот так же!»); вторая сказала: «St. Cosimo, a te mi raccommendo» («О святой Косма, вручаю себя твоему попечению!»); а третья — «St Cosimo, ti ringrazio» («Благодарю тебя, святой Косма!»). Вместе с обетом обязательно вручают монету, и, отдавая фигурку, ее непременно целуют.

В церкви, у большого алтаря, другие каноники раздают освященное притирание с елеем святого Космы[25], каковой готовится таким же образом, как и для Римского обряда, только с добавлением молитвы за святых мучеников Косму и Дамиана. Болящие предстают пред алтарем и открывают части тела, пораженные недугами (не исключая даже тех, что чаще всего бывают представлены в обетных фигурах), а преподобный каноник умащает их со словами: «Per intercessionem beati Cosmi, liberet te ab omni malo. Amen» («По заступничеству блаженного Космы да будешь избавлен ты от всякого зла. Аминь»). В завершение церемонии каноники делят между собою пожертвования деньгами и фигурками, коих набирается, должно быть, премного, ибо на празднество это, как говорят, стекаются великие толпы.

Елей святого Космы славится своей живительной силой, которую являет, если умастить им чресла и соседние части. Во время празднества 1780-го года не менее 1400 склянок его было израсходовано у алтаря для притираний и роздано прихожанам; а по обычаю всякий, кто воспользовался этим елеем у алтаря или унес с собою склянку, оставляет пожертвования святому Косме, ввиду чего и церемония умащения приносит каноникам той церкви немалые доходы.

II

Отрывок из книги Джона Дэйвенпорта «Афродизиаки и антифродизиаки: три очерка о силах плодородия» (1-е издание — Лондон, 1869 год).

...принося торжественную клятву, они [т.е. древние евреи] возлагали руку на половые органы в знак ее нерушимости. Когда Авраам, обращаясь к «рабу своему, старшему в доме его, управлявшему всем, что у него было», говорит: «...положи руку твою под стегно мое и клянись мне Господом, Богом неба и Богом земли, что ты не возьмешь сыну моему жены из дочерей Хананеев»[26], и когда Иаков на смертном одре «призвал... сына своего Иосифа и сказал ему: если я нашел благоволение в очах твоих, положи руку твою под стегно мое и клянись, что ты окажешь мне милость и правду, не похоронишь меня в Египте»[27], — и в том, и в другом случае древнееврейский текст переведен неверно; ученые толкователи указывают, что в действительности слово это означает не «стегно», а «фаллос» <...>[28].

Обычай этот сохраняется в Египте даже и по сей день: многие путешественники утверждают, что арабы, исполняя воинское приветствие или принося торжественную клятву, кладут руку на вышеупомянутую часть тела. Подобный случай описывает генерал-адъютант Жюльен в письме к сотруднику Египетского института. Одного египтянина арестовали как шпиона и привели к генералу. Сообразив, что никто не понимает его заверений в невиновности, этот египтянин «задрал свою синюю рубаху и взявшись рукой за фаллос, замер на мгновение в театральной позе бога, клянущегося водами Стикса. Физиономия его словно бы говорила: “Теперь, когда в доказательство своей невиновности я принес СТОЛЬ ужасную клятву, осмелитесь ли вы мне не поверить?” Жест его напомнил мне обычай времен Авраамовых приносить присягу, держа в руке детородный орган». О том, что обычай сей восходит у египтян к глубокой древности, свидетельствует иллюстрация [см. выше в тексте илл. 1. — Перев.] <...> на которой изображен Осирис, сжимающий свой фаллос в подтверждение приносимой клятвы.

Весьма похожий способ принесения клятв существовал также на севере Европы, как о том свидетельствует сохранившийся до наших дней древний закон, а именно: одна из статей валлийского свода законов, введенного Хоэлем Добрым, гласит, что, женщина, желающая изобличить насильника, должна подтвердить его личность клятвой, возложив при этом правую руку на мощи святых, а левою рукою взявшись за преступную часть тела обвиняемого.

Можно также упомянуть en passant[29], что дублинские ирландцы из ниших сословий и уличные торговцы в Лондоне нередко позволяют себе выражение, которое, быть может, и не связано прямо с описанным выше обычаем, но все же заслуживает внимания хотя бы как любопытное совпадение. Чтобы придать больше веса своему утверждению, эти простолюдины обыкновенно завершают его словами: «S’elp my taters», то есть «So help me testes»[30], — все равно что «Клянусь своим членом!» То же самое слово «taters» — искаженный и просторечный вариант «testes» — используется и в выражении «strain my taters»[31], что означает «помочиться».

III

Орфический гимн №5 (в переводе И. Евсы) 

ПРОТОГОНУ (Первородному) ЭРОТУ, воскурения — смирна 

О Протогон, двуприродный, великий, парящий в эфире,

ты из яйца золотого родился, Эрот златокрылый.

Ревом тельца оглашающий мир, прародитель блаженный

горних богов и тоскующих смертны, чьи жизни конечны.

Дивное семя, проросшее сильным, обильным потомством,

Эрикепей[32], что несется со свистом, эфир рассекая;

неизреченный, грозой накаляющий черную тучу.

Вечный скиталец, что взмахами крыльев низводит на землю

свет осиянный, за что и зовется пречистым Фанетом[33].

О сокровенный владыка Приап и Антавг[34] быстроглазый,

блеском очей отражающий солнца лучи золотые.

Бог плодовитый, искусный и ловкий, влекущий желанья,

будь благосклонен к священным обрядам божественных таинств,

оргии наши наполни любовью и радостью чистой!

 

Глава из книги Джеймса М. Мартина (Брата Белариона) «Liber LXIX vel Pan-Priapus: сексуальная магия в теории и на практике» (1993). 

(Главы этой книги — по примеру глав «Магии в теории и на практике» Кроули — поставлены в соответствие Старшим арканам Таро; соответствие данной главы — «Император».)

 

© Перевод: Анна Блейз 

© PAN'S ASYLUM Lodge O.T.O.

© Thelema.RU

 


 

[1] См., например: Smith, Homer W. Man and His Gods. New York, 1952. — Примеч. автора.

[2] “Saracen Mystery Schools and the Mediaeval Witchcraft Cult”. The Cauldron. May, 1979, pp. 24—25. — Примеч. автора.

[3] Knight, Richard Payne. A Discourse on the Worship of Priapus. Secaucus, N.J., 1974, pp. 9—12. — Примеч. автора.

[4] См. приложение I. — Примеч. перев.

[5] Dulaure, Jacques-Antoine. The Gods of Generation. New York, 1934, pp. 52ff. — Примеч. автора.

[6] Scott, George Ryley. Phallic Worship. Westport, CT., n.d., p. 21. — Примеч. автора.

[7] Ibid., p. 134. — Примеч. автора.

[8] Иис.Н. 24:26—27: «И вписал Иисус слова сии в книгу закона Божия, и взял большой камень и положил его там под дубом, который подле святилища Господня. И сказал Иисус всему народу: вот, камень сей будет нам свидетелем, ибо он слышал все слова Господа, которые Он говорил с нами; он да будет свидетелем против вас, чтобы вы не солгали пред Богом вашим». — Примеч. перев.

[9] III Цар. 3:3—4: «И возлюбил Соломон Господа, ходя по уставу Давида, отца своего; но и он приносил жертвы и курения на высотах. И пошел царь в Гаваон, чтобы принести там жертву, ибо там был главный жертвенник. Тысячу всесожжений вознес Соломон на том жертвеннике». — Примеч. перев.

[10] См. приложение II. — Примеч. перев.

[11] Dulaure, op. cit., pp. 44—45 — Примеч. автора.

[12] Basham, A.L. The Wonder That Was India. New York, 1959, p. 298. — Примеч. автора.

[13] Ibid., p. 335. — Примеч. автора.

[14] Walker, Benjamin. Hindu World: An Encyclopedic Study of Hinduism. London, 1968, vol. II, p. 329. — Примеч. автора.

[15] Ibid., pp. 594—595. — Примеч. автора.

[16] Ibid., p. 154. — Примеч. автора.

[17] Davies, Nigel. The Rampant God: Eros Throughout the World. New York, 1984, p. 239. — Примеч. автора.

[18] Walker, op. cit., vol. II, p. 2175. — Примеч. автора.

[19] Источник этой символики — соответствия сефирот 2—6, приведенные в «Храме царя Соломона» Алистера Кроули. — Примеч. перев.

[20] Др.-греч. antauges («отражающий лучи света, сияющий») — эпитет Эрота Протогона в орфическом гимне №5; см. приложение III. Ср. также описание этого образа у Ричарда Пейна-Найта: «Сказано, что он осеняет весь мир взмахами своих крыльев, несущими чистый свет; и потому он именуется великолепным, владыкой-Приапом и Сияющим Собственным Светом (antauges)». — Примеч. перев.

[21] Имеется в виду описанная у Пейна-Найта «...знаменитая бронзовая статуэтка из Ватикана: мужской торс с головой петуха (символа солнца), к которой приставлены мужские детородные части. Эта композиция символизирует производительную силу Эроса, Осириса, Митры или Вакха, средоточие которой — солнце, воплощенное в человеке. Надпись на постаменте гласит: “Спаситель мира” (Soter Kosmou), и этот титул неизменно остается почетным, с каким бы образом его ни соотносили в том или ином контексте». — Примеч. перев.

[22] Adler, Margot. Drawing Down the Moon. Boston, MA, 1986, p. 128. — Примеч. автора.

[23] Автор указывает в примечании, что однажды он нашел в Библии упоминание об искусственных фаллосах в негативном контексте, но потом забыл точную цитату. Скоре всего, имеется в виду отрывок из Иез. 16:17: «...и сделала себе мужские изображения, и блудодействовала с ними». — Примеч. перев.

[24] Лат. букв. «по обету»; здесь: вотивные (обетные) подношения, которые помещают в церкви в знак благодарности святому за исполненную просьбу или в качестве дара, сопутствующего мольбе о ниспослании благодати. — Примеч. перев.

[25] Обычай употребления целебного елея восходит к глубокой древности; ибо еще Тертуллиан сообщает нам, что некий христианин по имени Прокул излечил елеем императора Севера от некоего недуга, за каковую услугу император содержал оного Прокула у себя во дворце до конца его дней. — Примеч. автора.

[26] Быт. 24:2—3. — Примеч. автора.

[27] Быт. 47:29. — Примеч. автора.

[28] Этот же обычай описывает Иосиф Флавий в «Иудейских древностях»: «[Торжественные клятвы] совершаются таким образом: положив друг другу руки ниже бедер, [клянущиеся] взывают затем к Господу Богу, как к свидетелю грядущего» (I, 16, 1). — Примеч. перев.

[29] «Между прочим» (лат.) — Примеч. перев.

[30] «Помоги мне яйца!» (англ. букв.). — Примеч. перев.

[31] «Напрячь яйца» (англ. букв.). — Примеч. перев.

[32] «Произрастающий по весне» (др.-греч.). — Примеч. перев.

[33] «Сияющий» (др.-греч.). — Примеч. перев.

[34] См. примеч. 20.