Мария де Нагловская родилась 15 августа 1883 года в Санкт-Петербурге в семье губернатора Казанской губернии генерал-лейтенанта Дмитрия Нагловского. Мать Катерина Комарова была представительницей «настоящей русской аристократии».

Ее отец, в составе армии под командованием генерала Гурко, прогнал турок с Балкан, за что и был удостоен титула губернатора. По слухам, он был отравлен во время шахматной партии неким молодым нигилистом, близким другом семьи. Ее мать дала ей превосходное образование, но умерла, когда Марии было всего 12 лет. Девочка росла болезненной и слабой, но уже с раннего возраста поражала окружающих своими неожиданными и резкими суждениями, равно как и непредсказуемым поведением.

Оставшись сиротой, она была передана своей тете, а затем стала воспитанницей Института Благородных девиц, престижного и в высшей степени аристократического учебного заведения. Училась Мария блестяще, и после окончания учебы снова вернулась в дом тети. Сдержанная, но жаждущая знаний девушка, посещала Высшую школу Санкт-Петербурга, живо интересуясь всеми проблемами своего времени.

Идеи, подготовившие события 1905 года, носились, как говорится, в воздухе, и Мария, с ее восприимчивостью и ясностью ума, была полностью в них погружена. С учетом привилегий по праву рождения и образования, ее судьба была, казалось, предрешена, но этого Мария принять не могла.

Именно в это время она начала посещать некие закрытые собрания. Там она встретила людей, чьи знания и опыт помогли окончательному становлению сознания и расширению ее представлений о мире. Однажды, во время одного из концертов, ее взгляд привлек скрипач-солист, Хопенко, который впоследствии стал ее мужем. Их семейная идиллия стоила Марии разрыва с семьей, так никогда и не принявшей музыканта. Хопенко был музыкантом по роду занятий и евреем по национальности – Мария – дворянкой и православной. Пара вынуждена была покинуть Россию. Сначала они обосновались в Берлине, и начало их совместной жизни было, в общем-то, безбедным. Затем перебрались в Швейцарию. В Женеве, где они, наконец, официально поженились, Мария продолжила свою учебу, посещая параллельно несколько факультетов в Женевском Университете. Одновременно с этим она создала курсы для русских студентов, обучающихся в Женеве, но не владеющих французским достаточно, чтобы писать многочисленные курсовые работы. Курсы процветали и приносили неплохой доход. Это позволило мужу Марии закончить консерваторию и завоевать репутацию виртуоза. В этот период жизни на свет появляются дети: Александр, Мария, Андрей.

Мария постоянно подвергалась нападкам со стороны представителей многочисленной колонии русских эмигрантов, которые пыталась активно участвовать в воспитании детей; одновременно с этим, сильно было и еврейское влияние, Александру сделали обрезание, а Марии дали еврейское имя Эстер.

Андрею обрезание сделано не было, и имени еврейского он не получил, что повлекло за собой, с одной стороны много разногласий, но с другой, позволило ему во время войны избежать депортации.

Русская эмиграция, которая поначалу оказывала ощутимую финансовую поддержку супругам, выразила свое недовольство их взглядами, а затем и вовсе лишило семью материальной помощи. Снова начались трудные дни.

В Женеве Хопенко продолжал учиться, Мария преподавала в частных школах. Однако, вскоре, Хопенко сделался ярым сионистом, познакомился с идеологом сионизма Теодором Герцелем и начал думать об отъезде в Палестину. Много раз Мария приезжала в Россию, в надежде добиться признания своего замужества и получить хотя бы часть приданого. Но ее семья была непреклонна – в их глазах она была матерью-одиночкой и должна была нести все тяготы своего падения – они никогда так и не признали ее гражданский брак.

Спустя некоторое время после рождения Андрея, Хопенко, оставив жену и детей, все-таки уехал в Палестину, где ему предложили возглавить Консерваторию. Собственно этот пост он и занимал 40 лет, практически до своей смерти.

Оставшись одна, Мария не пала духом и быстро восстановила отношения с русской общиной в Женеве. Детей перекрестили, однако помощь от общины по-прежнему не поступала: в их глазах ее брак оставался незаконным, а стиль жизни и суждения – шокирующими.

Мария оказалась прекрасной матерью и, наняв гувернантку из Марселя, дала превосходное образование своим детям. Все складывалось, в общем-то, неплохо до того момента, когда Мария желая максимальной самореализации, не стала выступать на пресс-конференциях. Живая, остроумная, она легко обзаводилась нужными связями и при желании могла бы обеспечить себе более выгодное положение, но у нее были совсем другие планы. Эта эйфория длилась недолго. То, что она говорила и писала, было услышано.

После публикации книги «Мир» и посвященной ей пресс-конференции в афинском зале в Женеве, она была заключена под стражу и обвинена в шпионаже и противозаконной политической деятельности. Только благодаря вмешательству одного высокопоставленного лица, Мария была освобождена. Но ей было поставлено условие - немедленно покинуть Женеву. Ей пришлось перебраться в Берн, где она никого не знала. Детей поместили в немецкий пансион в Интерлакене.

Но и в Берне, по непонятным причинам, она долго не задержалась. Получив статус персоны нон грата, Мария переехала в Баль, который, в свою очередь, также не принял ее с распростертыми объятиями. Мария была вынуждена отдать младших детей в приют. Старший же сын, Александр, уехал в Палестину к отцу.

Мария, благодаря польскому паспорту смогла уехать в Италию. Кошмарный сон на этом закончился. Она обосновалась в Риме: один из ее женевских друзей предоставил в ее распоряжение часть своей квартиры. Она снова стали давать уроки французского, затем устроилась редактором в журнале «Италия» (Italie). Между тем, шел 1920 год – политическая жизнь в Италии была нестабильна, страну лихорадило.

Марии удалось забрать из Женевы своих детей. Всех, кроме Александра, уехавшего в Палестину к отцу. Благодаря поддержке и участию друга, жизнь Марии в Италии потихоньку наладилась. Однако, внезапно, в силу неизвестных обстоятельств, ее «добрый самаритянин» покинул страну и вернулся в Швейцарию, где покончил жизнь самоубийством. Это событие стало лишь прелюдией череды непредвиденных случайностей. Мария была уволена с работы, в скором времени ей пришлось покинуть квартиру, а Андрей провалил экзамены и был исключен из колледжа. Снова приходилось все начинать с нуля, жить в тесной комнатушке почти без мебели, давать уроки за мизерное вознаграждение, утесняя себя во всем.

Однако эти напасти только, казалось, придали Марии новых сил; она не отчаялась и с жаром погрузилась в работу. Так, мало - помалу, ее жизнь снова вошла в колею. Андрей устроился на работу в отеле, а Марию восстановили в должности в журнале «Италия». Мария-младшая по совету матери выучилась на сиделку, а Александр, в Израиле, увлекся разведением лошадей, что стало его страстью и призванием.

Едва дочери Марии исполнилось 16 лет, она заразилась тифом. В это время эпидемия тифа свирепствовала в Риме, унося огромное количество жизней. После трех месяцев, проведенных в монастырской больнице, она еще два года была в числе молодых послушниц. Вернувшись к мирской жизни, она нашла работу медсестры у дантиста. Александр поступил в сельскохозяйственную школу при Тель-Авиве. Внезапно к отцу в Тель-Авив уезжает и Андрей. Мария остается в Риме одна с дочерью.

Именно в это время, она тесно сближается с группой писателей- оккультистов. Мария и сама много писала, но настороженное отношение властей к иностранцам не позволяло ей тогда публиковаться. На этих эзотерических собраниях Мария познакомилась с одним русским философом, открывшим для нее некие тайные знания; этот человек много лет провел в монастыре, расположенном близ Байкала, путешествовал по Европе, Азии и Америке.

В текстах, написанных в течение нескольких лет после этого знакомства, изложено, пи видимому, основная часть этих «знаний».

Александр, старший сын Марии, достиг в Александрии хорошего положения и пригласил пожить к себе сестру и мать. Из Палестины приехали к нему и его брат Андрей и отец, который, не будучи разведенным, успел жениться там на еврейской музыканше. К слову, этот его новый брак оказался на редкость неудачным, супруга не даже желала его больше видеть. Так, семья вновь объединилась, и это было очень важно для Марии.

В Египте Мария занималась организацией различных пресс-конференций, диспутов, большей частью в Рамках Александрийского Теософского Общества. Она приобрела известность благодаря множеству своих статей, опубликованных в журнале «Бурс ежипсьян» (Египетская биржа).

В Египте дочь Марии выходит замуж за швейцарского инженера, директора центральной электрической станции трамвайных путей Александрии.

В 1930 году семья вновь разделяется. После женитьбы, Александр резко изменился и полностью посвятил себя налаживанию своего быта. Мария-младшая с мужем уезжают в Швейцарию. Андрей возвращается в Тель-Авив вместе с отцом. Сама Мария сначала приехала в Рим, но друзья нашли для нее место во французском Издательстве, находящемся в Париже.

В Париже возникают внезапные сложности с видом на жительство и оформлением официального разрешения на работу во Франции - из швейцарского посольства не поступали нужные бумаги. Ожидание растянулось на несколько месяцев. За это время закончились все ее деньги. Ее ожидала фактически нищета, если бы Марии не пришло в голову переселиться на Монпарнасс, в неповторимую атмосферу космополитизма и симбиоза, где писатели, художники и философы жили единым организмом. Богема приняла ее с распростертыми объятиями. Благодаря удачно завязавшимся знакомствам, она сняла небольшую комнату в отеле на улице Бреа, а знаменитое кафе «Ротонда» становится ее своеобразным «салоном». Вскоре она переносит свои собрания в не менее известное парижское кафе Куполь (Coupole), один из залов которого уже давно облюбовали оккультисты. Мария вызвала к себе в Париж сына Андрея, что снова повлекло за собой ряд трудностей. Ему отказали в гражданстве и в праве работы на территории Франции. Но благодаря своему упорству, он устроился разносчиком газет и периодических изданий, обслуживая маленькие магазинчики, парижских и пригородных консьержей. Зарабатываемых им денег вполне хватало не только на себя, но и на обеспечение более или менее сносной жизни для матери. Это позволило Марии полностью погрузиться в работу. Она стала издавать газету Стрела, а раз в неделю устраивала собрания в студии Распай на улице Вовэн.

Именно в это время, судьба и свела меня с той, кого я по праву считаю своей духовной матерью и которую я отныне называю Великая Софиалия Мария де Нагловска.

Выражаю глубокую признательность Клоду Дижу, представившему меня ей.

Первые последователи

Я познакомился с Клодом Диже (его настоящее имя было – Лаблатиньер) в Bitche, во время моей службы в армии в 1933 году. Он был санитаром в госпитале Roca.

Моя госпитализация была для меня спасением, я с детства страдал хроническим отвращением к казармам; как только меня снова направляли в стрелковую часть, где я служил, мое здоровье сразу же резко ухудшалось: лихорадка, рвота, бронхит, вши и т.д. И я снова оказывался в госпитале.

После окончания лечения главный врач оставил меня при больнице в качестве санитара в отделении выздоравливающих. Мне также были поручены мелкие ремонтные работы.

Время, которое оставалось мне после всех перевязок, банок, уколов и проч. профессиональных обязанностей, я проводил с Клодом, отвечающим за отделение симулянтов.

Это были занимательные вечера и, хотя мы никогда не покидали стены госпиталя, у нас всегда хватало книг и тем для разговоров. Я страстно поглощал знания, а Клод был хорошим наставником.

Дело в том, что из-за финансового краха моих родителей, я вынужден был с 12 лет зарабатывать себе на жизнь. Я освоил основы большинства строительных специальностей. И уже в 20 лет руководил стройкой MECALUX в Париже, а затем работал на строительстве Американского посольства на улице Конкорд.

Словом, я знал много разных практических вещей, но серьезных книг не открывал со дня окончания школы. Благодаря Клоду, я начал заполнять этот пробел, хотя и не совсем методично. Я прочитал Рэмбо, Лотреамона, Жарри, Руселя, но миновал Расина и Монтеня.

Клод интересовался алхимией, эзотерикой, знал каббалу и разбирался в других мистических направлениях, которые меня увлекали. Незадолго до демобилизации, Клод спросил, чем я намерен заниматься после окончания службы.

Я сказал, что хочу куда-нибудь далеко уплыть, построив небольшой парусник. Даже чертежи ему показал.

На что, несколькими днями позже, он мне ответил: «Надо строить не маленькую лодку, а большой корабль, где можно заниматься интересными вещами. Приезжай в Париж. Я познакомлю тебя с удивительной женщиной. У тебя нет семьи, а на Монпарнассе ты никогда не будешь чувствовать себя одиноким».
(….)
Некое подобие корабля я все-таки построил и отправился на поиски Клода. В качестве ориентира он дал мне адрес кафе «Ротонда». Там я его и нашел. «Корабль готов – сказал я. Корабль? Какой корабль? – посмотрел он на меня удивленно. И добавил: «Это невозможно! Потрясающе. Пойдем, я представлю тебя моим друзьям». Там были Жан Картере ( Jean CARTERET), Камиль Бриен (Camille BRYEN), Эдди Ренхарт (Eddy REINHART), Жермен Ришие (Germaine RICHIER). Я спросил, познакомит ли он меня с Нагловской. Он ответил, что, конечно, но она будет позже. В любом случае, эту ночь мы проведем на Монпарнассе, как обычно.

Этим вечером, я первый раз увидел Марию Нагловскую. Она пристально посмотрела на меня своими лучистыми синими глазами; никогда прежде я не видел такого взгляда;(…)

Мария посадила меня рядом с собой и долго расспрашивала о моей семье, моих взглядах на жизнь и моих планах.

Когда я вышел, я был в необычайно приподнятом настроении духа, и жизнь казалась мне прекрасной.

Понемногу я приноровился к монпарнасской жизни.(…)

Я посещал все лекции и все подготовительные ритуалы Марии Нагловской.

Я распространял газету «Стрела», этот некий магический рупор, среди слушателей лекций и собраний, посвященных эзотеризму; я разносил книги и письма по адресам, которые она мне давала.

(..) Каждый вечер, за ее столом в «Куполь» собиралась целая толпа людей, желающих познакомиться и поговорить с ней. Бесцеремонность этих людей резко контрастировала с респектабельностью заведения; они говорили на всех языках и редко когда на французском. Сама Мария, если мне не изменяет память, свободно владела английским (она перевела на французский «Сексуальную Магию» Рэндольфа), немецким, французским, итальянским, идишем, чешским, польским, испанским, немного знала арабский, иврит и латынь.

Однажды, например, она беседовала с Марком Семеновым, профессором, специалистом по восточным языкам. Но я с удивлением обнаружил, что они в ходе разговора как будто поменялись ролями, казалось, что профессор – это как раз Мария.

Каждый день Мария посещала собор Нотр-дам-дю-Шамп, где предавалась созерцанию и размышлениям. Иногда я сопровождал ее; когда мы приходили, собор обычно был безлюден. Довольно скоро, я начинал тяготиться молчанием, но когда я пытался заговорить, Мария мягко, но твердо просила меня замолчать. Затем она возвращалась в свою комнату на улице Бреа и там либо готовилась к предстоящей лекции в студии на бульваре Распай, или к собранию. Если вечер был свободный, к 7 часам она была в «Куполь».

На лекциях всегда присутствовало 30-40 человек, те, кто не помещался, стояли за стеклянной перегородкой, отделяющей комнату от прихожей.

Так, некая госпожа Блюменталь всегда стояла за дверью, заявив, что только таким образом она сможет сдержать свою клятву никогда не переступать порог дома, где упоминается имя Сатаны.

Некоторые слушатели никогда не задавали вопросов. Хотя иногда дебаты велись весьма оживленные.(..)

На все вопросы Мария отвечала без затруднений и с юмором, провоцирующим взрыв хохота в аудитории.

Однажды была затронута тема матриархата. Разгорелась дискуссия, вылившаяся в открытое столкновение между одной дамой и неким господином Луво. Мария сошла с возвышения и направилась к антагонистам. Она подошла почти вплотную к мужчине и пристально на него посмотрела; вскоре он успокоился. Затем она взяла его за руку и подвела к гневно жестикулирующей даме. Озадаченная, дама замолчала, и тогда Мария сказала: «Поцелуйте его по-братски» и к нашему удивлению она это сделала, и тогда господин Луво занял место рядом со своей бывшей противницей.

Он пришел еще пару раз, ту даму мы больше не видели.

В 1935 году Мария организовала собрания, на которых проводились подготовительные к Золотой Мессе ритуалы. Ритуалы были простые и всегда имели конкретную цель.

Было посвящение в учение Пришествия Третьей Троицы. Посвящение - в ранг Служителя Двора (Подметальщика двора). Празднование Третьего рождения.

Эти ритуалы не были Золотой Мессой, это была всего лишь символическая подготовка к тому, что должно было свершиться, когда придет назначенный час.

Участие в ритуалах требовало безмятежного состояния тела и духа, что подчеркивалось светлыми тонами в одежде присутствующих.

Церемония Золотой Мессы проходила в атмосфере ничем не омрачаемой бурлящей радости. Все присутствующие возносили хвалу Жизни, а не взывали о помощи к «высшим инстанциям». Жизнь не предписывает, чтобы перед нею унижались. Поэтому, всем женщинам Мария советовала явиться в самых красивых нарядах, подчеркивающих их красоту. Облик мужчин должен был, наоборот, носить оттенок мужественности в сочетании с внешней любезностью.

С каждым кандидатом она лично беседовала за несколько дней до церемонии. Что касается меня, то мне она задала всего несколько вопросов, касающихся основных моментов доктрины, затем спросила о причинах моего желания участвовать, и в конце объяснила мне обязанности, которые я должен выполнять.

Ритуалы Третьей эпохи Троицы

Так называемые «подготовительные ритуалы» к Золотым мессам были лишь набросками к тем таинствам, которые Мария де Нагловская предусматривала для эры Третьей эпохи Троицы.

Недостаточность средств, которыми мы располагали, а также теснота помещений, не позволила бы нам при всем желании воплотить все задуманное великолепие той церемониальной практики, которая известна нам под названием Золотая месса.

Декорации: Представим себе картинку, в наиболее простом ее выражении: стены украшают символические изображения, как то ОМ в виде космического циферблата, рисунок, символизирующий наступление Третьего рождения – три сплетенных человеческих тела, вписанных в основание древесного ствола; а также схематическое изображение мужчины и женщины в соитии.

Музыка: Из небольшого проигрывателя доносятся различные музыкальные фрагменты: это какие-то песни, записи с голосом самой Софиалии и ее воспитанниц, ровно как и просто фоновая музыка.

Запахи: запах благовоний исходит от нескольких ароматических палочек.

Цвета: золотое платье на Софиалии, белое облачение у девушек-кандидаток, черные плащи у юношей, алтарь покрыт красной тканью, нарядная одежда на всех присутствующих.

Движения: Софиалия и ее помощницы исполняют простые и символичные ритмичные движения.

Атрибуты: стол, покрытый тканью. На столе: два больших серебряных фужера, хрустальный графин, медное блюдо и белые шелковые носовые платки. Эти же предметы были и при посвящении в Служители (Подметальщики) Двора, в других ритуалах же использовались другие атрибуты.

Ритуальная пища: вино причастия.

В ходе своих лекций Мария дала некие рекомендации для участников, для успешного проведения этих подготовительных ритуалов.

Вот протокол, описывающий ход посвящения двух кандидатов в степень Служителей Двора:

«Квадратное помещение, стулья придвинуты спинками к стенам, чтобы освободить пространство посреди зала, а также один угол, где расположена ширма и небольшой круглый столик с тремя ножками. В центре – покрытый тканью алтарь, ориентированный по оси Север-Юг. Появление Софиалии и ее служительниц провозглашает один из служителей, в чьи обязанности это входит в этот день. Он же сопровождает их за ширму. За ширмой, Мария и служительницы раздеваются и снова являются перед присутствующими в длинных белых рубашках, надетых на голое тело. Сама Мария облачена в золотистое одеяние.

Она подходит к алтарю, установленного напротив рисунка на стене. На рисунке изображен треугольник, вершина, левая грань и основание которого – светлые, а правая грань затемнена.

Сосредоточившись, Софиалия напоминает присутствующим цель ритуала, который будет происходить, затем следует небольшая пауза, во время которой звучит отрывок какого-либо классического произведения или один из участников читает небольшое стихотворение.

Затем идет представление посвящаемых (в этот день ими были Клод Диж и я)…

Затем, Софиалия ложится на алтарь, а служитель наполняет один из серебряных кубков вином и протягивает его посвящаемому. Тот ставит кубок на лобок Софиалии и дает торжественную клятву (текст которой приведен ниже), а затем выпивает содержимое бокала.

Первой степенью посвящения для мужчин был Служитель Двора. Эта степень позволяла принимать участие в ритуалах «Открытия тайн символов на квадрате храма Жизни, стирая с них белую пыль мифов, которая их покрывает». Тайное имя служителя открывалось ему лишь в конце, при появлении перед ним Госпожи. Текст клятвы, которую мы должны были произнести, был следующим:

«Согласно моей воле, человека свободного и здравомыслящего, я принимаю доктрину Третьей Эпохи Троицы, изложенную Марией Нагловской, великой жрицей храма Третьей эпохи.

Я признаю, что две предыдущие эпохи: иудаизм и христианство завершены, и в моих руках два горящих факела: факел разума и факел сердца.

Я клянусь приложить все усилия, чтобы возжечь в себе, с помощью девственной и чистой любви Женщины, третий факел - Факел секса или света Люцифера, возрожденного Сатаны.

Я запрещаю себе растворяться в нечистом лоне. Я выполню ритуал Природы, согласно учению третьей эпохи, которое не приемлет извращенных истолкований и дает мудрый совет уважающему себя мужчине быть Просветленным Господином, а не рабом женщины.

Я приму участие в посвятительном эротическом действии, которое преобразит жар в свет и пробудит Люцифера в таинственных потемках мужского естества.

Я прочитал и ознакомился с двумя книгами, содержащими основные доктрины третьей Эпохи – «Свет секса» и «Тайну повешенного».

Я принимаю это крещение с благоговением, радостью и признательностью»

(…)

Затем Клод и Я, запахнув наши плащи, помогли Марии спуститься с Алтаря и в атмосфере всеобщего веселья отправились в «Куполь», где и провели остаток вечера.

Иногда днем Мария приглашала меня на маленькие закрытые встречи с некоторыми людьми. Во время этих собраний, я принимал участие в танцах или иных «упражнениях», которые практиковались у поклонников Ахура-Мазда (зороастийский бог Жизни) также на Монпарнассе.

Я припоминаю один из таких вечеров, когда перед нами выступала очень известная танцовщица, лишний раз подчеркивая своим танцем тезис Марии о принципиальной важности хореографии в ритуалах «Золотой Мессы».

В 1934 году я, недолго думая, женился на Джейн Пигкис. Моя жена с пониманием отнеслась к моему образу жизни и предпринимала огромные усилия, чтобы соответствовать ему; она решила стать ученицей Марии; другая молодая женщина тоже готовилась к церемонии инициации, которая состоялась незадолго до того, как было решено учредить степень Служителей Двора.

Ритуал посвящения будущих Софиалий был, из соображений уместности, сведен к своему самому минимальному выражению; Мария нам объяснила эту сдержанность тем, что ритуал может быть неверно истолкован, а говорить правду, заранее предполагая, что она будет неверно истолкована, означает изрекать ложь.(..)

У Марии было два сына и дочь от ее бывшего супруга Хопенко. Старший, Александр, жил в Египте и занимался конными заводами короля Фаруха. Ее дочь Мария, будучи замужем за швейцарским художником по фамилии Гроб, жила в Швейцарии; второй сын – Андрей - жил в Париже; он хлебнул нищеты в Палестине, так и не закончил учебу по выбранной профессии. Тем не менее, Андрей нашел себя в торговле, говорил на четырех или пяти языках; а когда-то, работая разносчиком газет парижским консьержам, очень помогал деньгами своей матери, живущей, фактически без средств. Андрей не принимал участие в духовной жизни своей матери, да она и не стремилась его вовлечь, каждый раз замечая, что это не поможет ему состояться в его собственной жизни.(…)

В конце 1935 года я много дней и ночей провел в беседах с Марией; она разъясняла мне свою доктрину, а один раз среди прочего неожиданно сообщила, что считает свою миссию выполненной и должна готовиться к уходу из жизни….Когда я спросил ее, что мне делать дальше, она посоветовала мне вернуться к моей профессии и устроить свою жизнь, согласуясь с личными склонностями….

Что касается ее доктрины, то тут она заявила, что должно пройти время, 2 или 3 поколения. За это время произойдут глобальные политические и социальные катаклизмы, что полностью изменит основы человеческой цивилизации. В течение этого периода основной миссией тех, кто восприняли ее учение, будет сберечь знания, чтобы в определенный момент, доктрина снова зазвучала, но, для этого, добавила она, учение должно быть изложено простым языком, доступным для абсолютно всех «пробужденных». Тот раскол и противоречия, а также окончательная дискредитация христианской догмы будут только способствовать переводу и изложению доктрины Эпохи Третьей троицы

«Помни то, чему я тебя учила. С течением времени, то, что ты понял, ты уточнишь для себя, что нет – найдешь сам, я верю в тебя, ты будешь верен и не используешь знания в эгоистических и опрометчивых целях.(…)

«Ум и знания имеют, конечно, свой вес, но Жизнь не управляется только ими. Жизнь проявляется, прежде всего, в Воле. Только Воля движет поступками, любовь или ненависть питают их, знания и ум – ценное подспорье, но без Воли они бездействуют, особенно когда речь идет о реализации важных проектов».

17 апреля 1936 года Мария Нагловская умерла в доме своей дочери в Цюрихе, как она и предсказывала.

Когда в 17 лет я потерял мать, это было очень печально, но я не испытал такого ощущения гнетущей опустошенности, чувства невосполнимости; на несколько месяцев я заперся на своем корабле, пока ее сын Андрей не пришел и не поговорил со мной. Мало-помалу, жизнь снова вступила в свои права. (…)

В 1964 году мне удалось, с помощью французского атташе, раздобыть адрес Марии Гроб, она по-прежнему жили в Цюрихе. Я надеялся, что у нее сохранились какие-то архивы ее матери, но она, несмотря на всю свою готовность, не смогла мне помочь; дорожный сундук, где хранились бумаги Нагловской, бесследно исчез из мастерской ее мужа. Там были тексты, касающиеся Золотой мессы, работы, озаглавленные самой Марией как «Свет секса» и «Тайна повешенного». За эти тридцать лет, нигде – ни в прессе, ни в литературе имя Марии Нагловской, ровно как и всего того, что касалось Третьей эпохи Троицы не упоминалось ни разу.

Мария предупреждала, конечно, что должно пройти несколько поколений, прежде чем ее доктрина вновь будет открыта, но, как мне казалось, должны быть некие предвестники наступления нового матриархата. Я читал все, что мне попадалось по эмансипации женщин, но это имело мало отношения к тому, что говорила Мария по этому поводу.(…)

В 1974 году я снова приехал к Марии Гроб, которая с радостью меня встретила. С ее помощью мне удалось найти некоторые рукописи и фотографии Марии, а также получить разрешение на издание работ Нагловской в издательстве «INDEX Пирамонда».

В 1978 я снова приехал в Женеву, и Мария Гроб посоветовала мне обратиться к известному философу Карлу Юнгу, с которым Нагловская долгое время вела переписку. У него могли остаться какие-то документы. Но Юнг к тому времени уже умер, а что касается того самого сундука, поиски не увенчались успехом. Мне пришлось смириться с этим фактом, все отныне зависело лишь от меня.(…)

Иногда я говорил себе, что не слишком годен для этой миссии: я умел строить дома, дороги, разбирался в механике, но никак не готов был передать последующим поколениям столь глубокое учение; хотя Мария говорила, что ее доктрина не обязательно должна быть изложена таким же образом, каким она излагала ее нам. Но как сказать другими словами: «Я верю в Единого и Живого Бога, который и есть сама Жизнь»? Может быть, моя миссия лишь в том, чтобы передать, а не воплотить. Самое главное теперь, оставить достаточное количество свидетельств, чтобы в надлежащий момент, мужчины и женщины смогли бы ими воспользоваться в своих благих целях.

St Denis de la Reunion
23 февраля 1984 г.

Социальная этика Третьей эпохи Троицы. Положение женщины

Мария Нагловская говорила, что изменение и стабилизация нашего общества, обретение им гармонии, которая призвана будет сохранить его, будет совершено женским.

Другими словами, эпоха матриархата, связанная с «подъемом Временного треугольника», позволит выжить нашей машинной цивилизации. Эпоха патриархата, как двигателя прогресса, имела своей целью вывести общество на путь трансформации. В противовес мужчине, который призван дать жизнь этому миру, женщина всегда стремиться сохранить и сберечь ее. Господство патриархата у народов, исповедующих веру в единого бога, длится примерно 5000 лет. К тому же, мир количественно и особенно качественно меняется, эра Тельца уступила место эпохе Рыб, чтобы в конце тысячелетия мы вступили в знак Водолея.

В это время силы сопротивления будут доминировать в жизни, и мир будет слишком быстро меняться. Необходимо остановиться, пока нас не накрыло новым апокалиптическим потопом.
Пришло время подготовить эту остановку.

Мужчина, изменяя мир, не заботится о последствиях, которые влекут за собой его открытия. Каждый раз, когда он подчиняет себе Жизнь, он господствует над ней силой Завоевателя.

Цель оправдывает средства - мало обращая внимания на последствия, он подвергает человеческую жизнь угрозе, но таково свойство любого мужчины: настолько долго, сколько длится его власть, он будет поступать таким образом и здесь нечего, собственно, возразить, поскольку это справедливо; наш мир должен развиваться и пусть те, от кого это зависит, выполнят свою функцию.

Но в один прекрасный момент, встанет вопрос о сохранении жизни людей, поскольку человеческая раса самая совершенная и надежная система для триумфа Жизни во всей вселенной.

И только Женщина, самой природой своей, способна упорядочить Жизнь, сохранить ее и успокоить ее бурное течение.

Жизнь людей в Третью эпоху Троицы

Согласно Марии Нагловской, все физически и умственно здоровые женщины абсолютно естественны в глубине своей души. Но 5 тысячелетий безусловного господства мужчин изменили их поведение. Женщины всегда принимали деятельное участие во власти, хотя, помогая мужчинам в реализации их намерений, они, тем не менее, решали таким образом свои специфические задачи.

Женщина была зависима от мужчины, мужчина - от общества: в этом смысле устанавливались законы этого общества.

На заре нового тысячелетия женщина понемногу начала осознавать, что способ ее участия в Жизненном потоке должен измениться, но не так-то легко это было сделать: ведь столько обычаев и негласных законов противостояло становлению пробужденного женского сознания.

Спустя только много лет, этап за этапом, преодолевая противоречия и трудности, женщина готовит почву и условия для своего освобождения и начинает играть новую роль в прогрессивном обществе.

Процесс освобождения женщин из-под ига патриархата уже начался, но дорога к цели будет достаточно долгой.(…)

Однако, даже если уравнивание женщин в правах с мужчинами действительно потрясет устои человеческого общества и потребности женщин будут отчасти удовлетворены, цель навряд ли может считаться достигнутой. Это Пиррова победа, так как, приняв участие наравне с мужчинами в производстве материальных благ, женщины вынуждены будут оставить свои непосредственные функции, – те, которые, кроме них, никто выполнить не сможет и которые им, несмотря на возросшие трудности, все же придется исполнять.

Мария де Нагловская утверждала, что истинных Женщин будет становиться все меньше и меньше, мужчины станут утрачивать свою мужественность, т.к. баланс в обществе как в организме однородном, стабильном и уравновешенном зависит от равновесия его составляющих.

Взаимодополняемость Пары - основное, что может обеспечить продолжение жизни, и это записано на всех уровнях: от генетического до культурологического.

Пара – это Мужчина и Женщина, которые дополняют друг друга во всем, а не только в сексуальном плане, что, к слову, все же играет значительную роль в жизни традиционно ориентированных существ.

На заре третьего тысячелетия женщина безусловно вправе требовать от мужчины абсолютного уравнивания ее в правах и обязанностях с ним, но это лишь одна часть триптиха, иллюстрирующего метаморфозу, с ней произошедшую.

Вторая часть будет дописана тогда, когда за ней будет признано право отличаться в этих самых правах и обязанностях.

Тогда и только тогда, она будет способна организовать ход жизни, согласно «Уставу третьей эпохи Троицы».

Чтобы заявить о своем праве отличаться от мужчины и добиться тем самым еще более глубокого равенства, женщина должна открыть в себе свою истинную природу. Раньше утверждали: женщина обязана мужчине, а мужчина Обществу, но времена изменились. Отныне женщина будет составлять кодекс Жизни, а муж чина – его исполнять.

Это утверждение кажется сейчас необоснованным. Но если мы отвлечемся от старых традиционных схем, мы будем вынуждены признать, что хранительницей Жизни, ее Корнем является Женщина. Легко можно вообразить себе мир без мужчин, но практически невозможно исключить из него женщин.

В процессе самоосмысления материи, самец представляет всегда некую уловку. Это как бы дополнительная сила, ускоряющая эволюцию наличием биополярности. Природа словно подстраховалась, чтобы уж наверняка обеспечить развитие и трансформацию жизни. Женский пол изначальной амебы лишь подтверждает последнее утверждение.

Это уточнение было сделано, чтобы объяснить биополярность пары как незаменимого плацдарма для спасения вида.

Пара

Человеческая пара, как любое сочетание двух сил, представляет собой замкнутую структуру, оптимальное функционирование которой обеспечивается тем, что каждый элемент ее составляющий имеет равный потенциал и противоположную полярность.

Женский полюс позитивен (она взыскует Жизни) и расположен в ее голове. Отрицательный полюс (противостоящий Жизни) имеет мужскую природу и расположен в области ее гениталий. Таким образом, Девственница бессознательно стремится сохранить свою нетронутость, чтобы обеспечить чистоту крови своему потомству.

Для мужчины, опять-таки инстинктивно, положительный полюс скрыт в его гениталиях. Здесь вырабатывается семя, которое может давать неограниченное количество ростков Жизни. Отрицательный полюс, противостоящий изменению этой функции, к которой мужчина лучше всего предназначен, скрыт в его голове.

Когда образуется человеческая пара, равновесие паритетов, взаимодополняемость интеллектуальных, духовных и физических намерений, обеспечивает ей некий баланс, необходимый для успешного прохождения жизненных этапов.

Проблемы, возникающие в паре, всегда напрямую зависели от устройства и состояния человеческого общества.

В доисторические времена, например, человеческие племена являли собой одну или несколько объединенных семей. Мужчины-охотники вели жизнь полную опасностей; Женщина – мать, хранительница очага, играла, по существу, более важную роль в племени. Конечно, инцест и многомужество не были абсолютным и непреложным правилом, но полигамия, во всяком случае, процветала повсеместно.

Когда появились кочующие племена, власть женщины- матери разделил вождь орды. Женщина в этой связке исполняла духовные функции, мужчина – более мирские; матриархат процветал в течение всего тотемического периода и был неким залогом стабильности в жизни кочевников. Женщина-священнослужитель играла огромную роль еще в начале исторического периода(...)

У кельтов и северных народов женщина выполняла еще одну важную функцию: она возглавляла ритуальные празднества и могла выбирать его участников. Когда развитие сельского хозяйства внесло стабильность в жизнь племен, ставших уже к тому времени народами, вожди племен, которые защищали территории, создали наследуемую структуру власти и установили господство патриархата.

Брачные союзы, заключающиеся на заре исторических времен, имели несколько искаженный вид. Пары формировались либо родителями и опекунами, либо, если речь шла о рабах, их хозяевами. Если в некоторых случаях юноши могли воспротивиться вступлению в подобный союз, то о мнении девушки речь не могло идти; доводы самого различного порядка всячески препятствовали свободе выбора спутника жизни. Принадлежность к определенному социальному слою или религиозные убеждения, приданое и наследство, которое семья надеялась получить, уровень состоятельности семей, их профессиональная ниша, а также образование и внешние данные девушки, ее умение вести дом – словом, при вступлении в брак принимались во внимание различные соображения. Учитывалось также состояние ее здоровья, репутация в обществе, наследственность и знатность ее семьи. Этот процесс заканчивался в основном заключением союза или брака, закрепленного письменным или устным договором и ритуалом, освящающем это событие.

Только те, кто принадлежал к самым высшим или, наоборот, к самым низшим слоям могли каким-то образом отклониться от обычного сценария. Пары, которые отказывались соблюдать обычаи предков, исключались из своих родовых групп и вели довольно сложную жизнь.
Когда соединение мужчины и женщины является данью обычаям предков или делом рук третьих лиц, это чрезвычайно удобно для общества. В индивидуальном плане, это может быть ценным с той оговоркой, что один из партнеров полностью поглощается другим; и почти всегда речь идет именно о женщине, которая должна приноравливаться к характеру своего супруга. Эти нравы и обычаи, бывшие в ходу в течение шести или семи тысяч лет и до конца прошлого века, поддерживались и процветали благодаря господству патриархата. Женщины, однако, играли все же существенную роль, выполняя функции вдохновительниц, советчиц, а подчас и заместителей своих супругов.

Только в очень редких случаях женщина могла действовать самостоятельно, реализуя собственные цели и выбирая себе окружение или отца для своих детей.

Начиная с середины 17 века, эти многовековые принципы начинают оспариваться эволюцией общественного сознания. Первые ласточки краха эпохи патриархата проявляются в виде всплывающих на поверхность намеков и косвенных ссылок в литературе и на театральных подмостках на некоторые аспекты куртуазной Любви. Старые принципы создания брачных союзов подвергаются все более и более суровой критике.

Теперь девушки и молодые люди получают возможность выбрать себе партнера и немного ближе познакомиться друг с другом до заключения союза. Они также приобретают право расторгнуть этот союз, при условии, конечно, его гражданского оформления, не скрепленного церковью.

Казалось, это должно было внести больше свободы в жизнь каждого из партнеров, но на деле привело лишь к увеличивающейся вместе с ускорением темпа освобождения женщины нестабильности в отношениях между мужчинами и женщинами, что лишь усугубило нестабильность в обществе.

Хотим мы этого или нет, но продолжительность существования человеческой расы, ее институтов власти, будущее нашей цивилизации зависит от взаимоотношений Пары: детям нужны отец и мать, их появление на свет должно быть желанным и осознанным; акт зарождения Жизни должен быть священнодействием и осуществляться с полным осознанием происходящего, а не в силу случая или других обстоятельств.

Гармонию в паре в первое время будет поддерживать Женщина, чистая духом и телом, которая будет претворять в жизнь, несмотря на ожидающие ее на этом пути трудности, принципы Морали учения Третьей эпохи троицы. Этап за этапом женщина будет добиваться того положения в обществе, которое ей подобает(…)

В конце третьего тысячелетия, производство товаров потребления будет все менее зависеть от использования рабочей силы. Пусть тогда женщины, добившиеся права наравне с мужчинами участвовать в производстве материальных благ, постигнут бессмысленность этого занятия, ввиду другой важной миссии, которую им предстоит выполнить: внести в наш образ жизни равновесие, вывести эволюцию человеческой цивилизации на путь гармонии и покоя.

Чтобы осуществить эту задачу, в решении которой должны принять участие все женщины, мобилизовав и соединив все их силы, необходимо, чтобы они перестали выполнять работу, для них не предназначенную. В частности, они должны отойти от производства и предоставить действовать здесь мужчине, который, с помощью новейших технологий, сможет выполнять эту работу самостоятельно, не нуждаясь в женской помощи. Все это касается таких отраслей как сельское хозяйство, промышленность, средства массовой информации, генная инженерия, урбанизация и других амбициозных научных проектов – все это смогут выполнять мужчины, двигая вперед и контролируя производство.

Женщина должна посвятить себя переустройству общественной жизни; работа поистине огромная и безотлагательная.

Так же как и наша планета раскрывает рано или поздно свои секреты, старые сказки находят свое претворение в жизнь. Ковер-самолет, волшебное зеркальце, эликсир долголетия, философский камень - называются теперь самолет, телефон, лекарство, генетика. Словом все, что человек желает, он со временем получает.

Если бы человек действительно захотел бы овладеть искусством жизни, лишенной трагедий, которыми изобилует история, его бы жизнь стала гармоничной, простой и прекрасной. С материальной точки зрения, пласт человеческого опыта огромен, но, парадокс, Искусство жизни в нем отсутствует.

Однако, это не его ошибка: так уж человек устроен, даже если он помышляет о Мире, он готовится к Войне!

Человеческий разум желает смерти всему уже существующему. Он хочет создавать Жизнь грядущую, которая только наступит. Те «приспособления», которые он для этого использует, не всегда благотворны. Лишенные контроля, они превращаются в яд, отравляющий все вокруг: термоядерные катастрофы, истощение природных ресурсов, загрязнение природы, вымирание целых видов животных – такова обратная сторона медали этого стремления изобретать, улучшать, модифицировать, превращать. И этот процесс протекает повсюду, во всех направлениях, без остановки, без контроля, без предусмотрительности и осторожности, без составления общего планетарного плана, кроме, конечно, отдельных и весьма редких случаев.

Необходимо каким-то образом укротить и обратить в мирное русло эту неукротимую тягу к хаотичным и непредсказуемым изменениям, у которых лишь одно оправдание - потом, мол, будет лучше. «Лучшее» в отдаленном будущем становится «врагом хорошего», но человек не знает, что такое «отдаленное будущее», да и не стремится это узнать. Как Сизиф, он прилежно и с воодушевлением толкает в гору свой камень, и за этим камнем не видит ничего.

В течение 5 тысячелетий, человек с патриархальным мышлением пытался укрощать природу; это почиталось делом жизни высших слоев человеческой цивилизации и со времен эпохи Возрождения развило невиданную скорость; но это слишком быстро! Нужно замедлить ход, чтобы заполнить пробелы в науках Жизни.

Чтобы уточнить для, себя откуда взялись эти пробелы, это расхождение между замыслами и конечным продуктом их реализации, необходимо учесть дихотомию, существующую между различными отраслями человеческой деятельности(..)

Существуют определенные приоритеты, которые нужно иметь ввиду:

Так много людей живут в ужасающей нищете!
Так много людей приходят в Жизнь, где ничто не готово к их появлению!
Так много людей живет в вечной муке завтрашнего дня!
Так много людей приходят в Жизнь нежданными гостями!
Так много уродства пятнает еще красоту Жизни!
Так много неправильных трактовок дается событиям!
Так много справедливости и логики в попытках оправдать несправедливость!

Оправдания, положенные в основу существования подобного хода вещей, многочисленны, но такова уж природа человеческая. Бесполезно пытаться восстать против нее, нужно просто найти способ каким-то образом упорядочить безграничную власть человека над природой, ту власть, за которую человек не в состоянии нести ответственность.

Использование этой власти в мирных целях, не обремененными негативными последствиями, станет задачей женщины завтрашнего дня. Чтобы это исполнить, женщина должна прекратить подражать мужчине, идентифицировать себя с ним, поскольку, если мужчина – маг, преобразующий действительность, он никогда не сможет один выстроить ее во славу главного Божества: Жизни. Если ничто не будет противопоставлено ему, он по-прежнему будет идти на поводу своих импульсов, плохо осознаваемых им самим. Впрочем, попытки взять верх над природой противоречат глубинным свойствам его натуры.

Именно женщина, воззвав к своим собственным природным импульсам, должна сделать жизнь окружающих ее людей, а, следовательно, и всего человечества гармоничной и прекрасной.

Чтобы это исполнить, она должна, прежде всего, обрести внутреннее равновесие. Ей необходимо действовать и жить таким образом, чтобы приобрести опыт и познать Жизнь; так как невозможно вмешиваться в жизнь других, если собственное существование неупорядочено.

Мораль T T T дает следующие общие указания:

«После окончания начальных классов в обычных школах, девушки, вступившие в возраст половой зрелости, должны поступить в женский колледж. Там они будут получать общее гуманитарное образование, обязательно включающее в себя: музыку, физическое развитие, пластическую подготовку, имеющую огромное значение особенно в первые годы обучения; последующие годы будут посвящены изучению естественнонаучных дисциплин, касающихся медицины, правильного питания, экологии, а также управления и начального образования. Кроме того, будут преподаваться все дисциплины, касающиеся воспитания детей, с момента их зачатия и до половой зрелости. Последний год обучения будет сконцентрирован на изучении общественных наук.»(…)
«Все эти дисциплины будут преподаваться высококвалифицированными педагогами, под руководством опытного ректора».

К тому же, корпус из «Софиалий» будет помогать молодым девушкам в их обучении, проф. ориентации и решении любых жизненных проблем. Софиалии будут нести ответственность за морально-этическое воспитание и внутреннюю жизнь колледжа, и это станет одним из основных видов их деятельности.

«Служение Софиалий просто необходимо, чтобы восстановить изначальную полярность пары, как неотъемлемой основы общества, живущего в Третью эпоху Троицы».

Все молодые девушки, окончившие колледж в возрасте 17 лет, покидают его, кроме тех, кто пожелает пройти посвящение в Софиалии.

«Выпускница колледжа должна уже более или менее представлять направление своей будущей профессиональной деятельности. Она получила начальное образование, которое позволит ей, следуя советам своей наставницы – Софиалии, выбрать дальнейшее направление ее обучения: либо она поступит на стажировку в какую-либо женскую организацию, либо захочет продолжить обучение в специализированном институте. Она имеет полную свободу организовывать свою частную жизнь по своему собственному усмотрению, приобретать тот опыт, который она сочтет важным для себя, и это будет распространяться на все области ее жизни. В течение этого периода взросления, она сможет выбрать себе спутника жизни, который подойдет ей лучше всего, и по достижению ею совершеннолетия, они смогут торжественно освятить свой союз».

«Если женщина находит своего избранника раньше этого возраста, они могут официально вступить в брак, однако торжественная церемония освящения союза может произойти только по достижении женщиной возраста 28 лет, мужчины – 35».

«Это посвящение нерасторжимо и не может быть повторено, за исключением тех случаев, когда речь идет о смерти одного из супругов».

«К тому же, если девушка будет следовать советам своей наставницы – Софиалии, она не будет рожать детей до торжественного освящения этого союза. Однако если она все-таки пожелает стать матерью, ничто не будет препятствовать этому ее желанию. Дети будут носить фамилию матери, а их жизнеобеспечение ляжет на Общество (….). В идеале, если все условия новой этики будут соблюдены, в обществе не будет матерей-одиночек».

«Женщина, став матерью, приобретает незыблемые права, не зависящие от ее общественного статуса».

«Давать Жизнь - рано или поздно будет восприниматься обществом как абсолютно добровольное и осознанное действие, самый главный ритуал из всего многообразия видов человеческой деятельности, накладывающий огромную и взаимную ответственность на Мать и на Общество».

«Пара вправе потребовать освящения своего союза, только прожив вместе около двух лет, так как эта церемония имеет огромное значение, и ее последствия должны хорошо осознаваться обоими ее действующими лицами. Чтобы ни произошло, этот союз нерасторжим» (…).

«Став матерью, женщина будет заниматься воспитанием своих детей вплоть до достижения ими возраста половой зрелости, и это будет основная ее деятельность все это время. Этот приоритет ознаменует собой важную роль материнства в обществе и приведет в равновесие составляющие общества, поскольку речь пойдет уже не о количественном воспроизведении потомства, имеющего место в эпоху патриархата, но обеспечит преемственность качественную и жизнеспособную. Дети, воспитанные в столь благоприятных условиях, станут в свою очередь Мужчинами и Женщинами, чистыми телом и духом. Они смогут, в свою очередь, создавать гармоничные пары, способные приспособить к свои нуждам огромные знания, которые человечество накапливало в течение 5000 лет, чтобы следовать дорогой Жизни, - т.е., Бога».

Создание пары необходимо, прежде всего, для сохранения вида, но существуют и другие не менее важные функции. Человеческое существо чувствует себя в достаточной мере свободным и состоявшимся только с тем условием, что оно любимо другим существом противоположного пола. При нормальной конституции и здоровом функционировании гормонального аппарата, при правильной ориентации полюсов его пола, любое человеческое существо ищет свою половину, таков закон природы, к которому человеку, чистому телом и духом, не так то просто подчиниться, не нанеся тем самым серьезный урон своему существованию.

«Женщина, подготовленная к жизни обучением в колледже и Софиалиями, …сможет обеспечить своему избраннику необходимую ему взаимодополняемость, которая позволит ему развить и получить полную власть над своими силами».

Пара, сформированная таким образом, имеет все шансы быть стабильной и принести обществу огромную пользу, он – своей продуктивной, она – социально-культурной деятельностью. Это филигранно обтесанный камень на дороге Жизни: т.е. Бога.

Обобщая все вышесказанное, человеческая пара должна обеспечить качественную преемственность человеческой расе и прогресс разумной организации общества, то есть, освободить общество от висящего над ним Дамоклова меча, который подвесили мужчины (…).

Ее правилом организации жизни должна стать Красота, поскольку Красота – великолепный показатель победы гармонии над хаосом. Гораздо лучшим, нежели Польза, символ первой гипостазы, и Добро, царящее во вторую. Прекрасное станет определяющим в третью эпоху, эпоху святого Духа.

Во время пресс-конференций, Марию Нагловскую часто спрашивали о роли мужчин в эпоху матриархата. Что станет с мужчиной, если исчезнет его доминирующая роль в обществе? Каким образом, согласится он сложить с себя часть своих полномочий?

Социальная этика ТТТ, согласно Марии Нагловской отводит мужчинам и женщинам разные властные полномочия. Общественная деятельность мужчин и женщин должна быть взаимодополняющей, но не идентичной: равновесие здесь подобно равновесию двух чаш весов. Уравновесить не означает уподобиться (…).

Неразрешимые доселе противоречия будут приведены в строгую пропорцию: это может ознаменовать новый этап развития общественного сознания нашей планеты.

Эта важнейшее свершение постепенно мобилизует все человеческие ресурсы: подготовка и выполнение этой работы будет возложено на мужчину, но решение осуществить ее будет зависеть от женщины. Мужчины, освобожденные от деятельности, касающейся организации и функционирования институтов сохранения и продолжения вида, смогут целиком посвятить себя производству материальных благ, для обеспечения нужд общества.

Новое искусство Жизни, привнесенное женщиной, позволит мужчине обрести равновесие и даст ему необходимые силы для реализации его планов.

Мужчина, согласно своей природе, умеет владеть собой достаточно хорошо и соотносится, поэтому, с Адамом Кадмоном, но по-настоящему редко он воплощает равновесие 6-го аркана: «мудрости» – только женщина имеет право на него претендовать.

«В своем искусстве изменять, мужчина изменяет все, что его окружает, все до чего он только может дотянуться, все, что он может воспринять, но если он немного укротит свою деятельность, он задумается над направлением, которое приобретают его действия. Таким образом, он сможет уравновесить свою Роту: 4-ый Аркан».

«Конечно, часто вектор всех его действий направлен в одну сторону, и он идентифицируется таким образом с Адамом Кадмоном: 5-ый аркан, но ему и вправду трудно сообразовать свою жизнь в соответствие с основным смыслом и Жизнью: т.е. Богом - 6-ой Аркан «Мудрость».

Мужчины нашего времени совершили потрясающие открытия во всех видах человеческой деятельности, но без должного направления и упорядоченности. Любое человеческое объединение, какова бы не была его значимость, хочет обеспечить преемственность и осуществление своих программ, каждая - исходя из того принципа, что ее существование доминирует над всеми остальными и в этом она лишь следует законам Жизни: т.е. Бога.

Но чрезмерность – губительна во всем, поэтому-то наступление новой эпохи матриархата так необходимо человечеству.

Пробудившаяся женщина сможет направить разрушительные мужские импульсы в новое русло, дать смысл его деятельности, которая отныне будет соответствовать смыслу Жизни: т.е. Богу. Чистые помыслы Софиалии дадут ей силу трансформировать человеческие существа, строить общество, лишенное хаоса и раздора…

Из всех сил, заключенных в ней Жизнью, она изберет и использует те, что помогут ей обрести власть над своими собственными силами, дать им направление и цель, которая соотносится с целью Жизни: т.е. Бога. При наступлении третьей эпохи Троицы, придет новая Этика, которая ознаменует собой наступление мира, так как даже Сатана (силы отрицания) примирится с Богом (Жизнью), силы зла и хаоса обратятся на службу Жизни: т.е. Бога.

Это воссоединение станет делом рук Женщин, вернее, тех из них, чьим призванием будет дать начало возрождению. Они станут зачинателями главного из искусств - Искусства сохранения, развития и улучшения Жизни человечества.

Это избранные женщины и мир узнает их имена (…)

Только Софиалия сможет, не ограничивая свободы, защитить человечество от необратимой трагедии, которую невольно, но добросовестно оно само готовит.

Софиалия – будущее человечества, она является гарантией и стражем правоверности доктрины Третьей Эпохи Троицы, ее служение выведет людей на путь радости, счастья и красоты.

Уроки Марии Нагловской

….Основной принцип доктрины Марии де Нагловской – это несокрушимое утверждение, о том, что, прежде всего, стоит почитать и признавать Единого живого Бога: т.е. Жизнь.

"Человечество, войдя в эру Водолея, становится жертвой смешения ценностей, борьба за существование влечет за собой резкость и необоснованную агрессию, будь то на уровне Государств, регионов, групп или отдельных людей.
И, тем не менее, все человечество, в целом, никогда не имело под рукой столько механизмов для выполнения основной своей функции – продолжении человеческого рода.
Наш век сумрачен, солнце духа, истока нашей внутренней жизни, нас едва освещает.
Мы вплотную подошли к третьему углу Временного Треугольника и переход между двумя эпохами чрезвычайно труден. Эта сумрачная эпоха необходима, так как она создает условия для духовного возрождения и формирования новой элиты, которая заменит собой прежнюю.
Нельзя потребовать от общества того, что оно не знает, поэтому пробужденные существа должны своим образом мыслей и действий указать правильный путь.
Большинство людей нашего века не верят по-настоящему в Бога. Но сохраняют старую мораль, так как хотят точно знать (а не понимать) что признается «хорошим», а что «плохим». И никто еще не пришел, чтобы им это сказать!"
"Свет секса"

Эти пробужденные мужчины и женщины, о которых говорила Мария Нагловская, являются, в основной своей массе, маргиналами: они не участвуют в текущих делах, будущее их заботит больше, чем настоящее.

Они изменят всю совокупность человеческих существ, когда наступит третья эпоха, эпоха, предсказанная еще более 2000 лет назад.

Они привнесут с собой новый взгляд на то, что является добром, а что – злом, и не для отдельных групп людей, а для всего человечества, в целом.

Они воплотят в свою жизнь основные принципы новой Морали. Благодаря им человеческая раса продолжит свое развитие, и положит конец всеохватывающей Энтропии.

Мария Нагловская настаивала на том, что ее доктрина должна быть принята после долгого размышления. «Жизнь – это бог, Бог - это Жизнь» - не просто лаконичная формула, эти слова будут иметь ценность только как повод для глубокого размышления и противопоставления всего ранее изученного этому утверждению.

Когда начинают видеть сферу распространения этого утверждения, это потрясает; любая другая вера или безверие не имеют больше смысла; разум ошеломлен и, даже без осознанного стремления, спешит укрыться от этого испытания: традиционные системы знаний куда более благонадежны!

Тот, кто выдержит это испытание до конца, изменится кардинально. Он познал, что только сама Жизнь может претендовать на бессмертие, в то время как любая форма, которую Жизнь принимает, ограничена во времени и пространстве.
Бог желает вечности и он готов сделать нам подарок. Этот закон соблюдается всеми живущими: организованными группами и галактикой, каждая частичка нашего существа стремится к протяженности своего существования.

Эта энергия преобладает – это есть добро, рассеивание этой энергии – есть зло; эта борьба между тем, что хочет восторжествовать, и сопротивление ей – есть проявление Жизни, разворачивающейся во времени и пространстве, не имеющей ни начала, ни конца, если только смерть не положит однажды конец всему.

Человеческая раса на пути познания своего единства(…)

Она становится способной познать свое место во Вселенной; она должна теперь определить, чем люди смогут помочь Богу: т.е. Жизни перейти на новый этап в своем развитии.

Пришествие истины, необходимой для начатой Работы – это Восход; на Восходе новые моральные устои, дополняющие первые принципы, составят истину для всех; абсолютный триумф «нового слова» ознаменует собой Полдень. Затем человечество медленно удалится от Истины. Когда придет Полночь, снова воцарятся смешение и хаос. Но через малый промежуток времени, мужчины и женщины осознают Реальность и начнут в сумерках приготовление к проявлению того, что человечество обнаружит в Полдень Славы творящей Жизни (...)

Так и Средневековье, – конечно, пламенная эпоха, сумрачной она представляется только тогда, когда люди полуночи стремятся ее понять; для нашего христианского периода это происходит аналогично.

Таким образом, всегда в три этапа происходит: поздняя ночь – образование угла, тогда как полдень становится той кульминационной точкой, когда правая линия сближается с центром.

Поскольку этот вечный ход состоит из трех углов, Истина также имеет треугольную форму; конечно, это – не более чем геометрическая фигура, но она лучше всего отражает реальность. Свойства треугольника многообразны, также как и наименование терминов, к нему относящихся.

Трилогия: Отец – Сын – Мать: три ипостаси.
Три качества: Хорошее – Доброе - Прекрасное.
Три знака: Прут (фаллос) – Крест - Стрела
Три действия: Рождение – Борьба - Триумф
Три центра: Разум – Сердце – Пол
Три воплощения: Создатель – Искупитель - Святой Дух

В первую эпоху акцент делается на Разуме; управляющего количественными принципами воспроизводства Жизни; там строгая мораль согласуется с не менее суровым законом; порывы сердца, убежища страстей, сдерживаются; сексуальность, корень жизни, источник равновесия и гармонии, скрыта; обрезание обязательно.

«Плодитесь и размножайтесь» - таков закон: женщина, которая не произвела на свет детей, не имеет право покидать дом своего супруга. Патриархат неопровержим и никем не опровергаем.

Не возжигая этот факел разума, или передавая ему всю силу сердца и пола (секса), человек противостоит Жизни как таковой; он противостоит Богу, так как считает, что все существующее должно быть изменено, свершаемое – должно быть усовершенствовано, хорошее – стать лучшим.

Протестуя против Бога: т.е. Жизни, мир меняется, поскольку Жизнь: т.е. Бог не может прекратить свое существование. Но Триумф разума - Триумф Сатаны. Противостояние Сатаны необходимо Богу, но Сатана никогда не сможет восторжествовать своей абсолютной победе нал Богом. По мере того, как он прогрессирует и все громче заявляет о своей воле разрушить тот мир, где он проявляется, он, по существу, лишь готовит условия для своего освобождения.

Поэтому, до скончания веков, Сатана, как сила отрицания, необходим Богу, положительной силе Жизни. Также как и его поражение неминуемо и постоянно, ввиду того, что его победа ознаменует его окончательное уничтожение.

Это же утверждение метафизического порядка действительно на этическом и социальном уровнях.

Итак, первая грань треугольника ставит акцент на главенстве разума. Вторая – оставляя зажженным Факел разума, возжигает факел Сердца. Сердце качает кровь и его основная функция – поддержание равновесия, которое можно символически представить в виде весов.

Размышляя над этим символом, в котором заключено достаточно, чтобы осознать принцип дуализма, мы узнаем, что Любовь рождается из Ненависти, Жалость проистекает из Жестокости, Воодушевление влечет за собой Скорбь.

Те, кто взбирался по инициатической лестнице, знают, что только одна Справедливость и есть Равновесие(…).

Справедливость великодушна, когда свирепствует Жестокость, но непримирима, когда жалость труслива.

Правосудие спокойно, незаменимо и безмятежно; но не так часто оно становится собственностью в руках людей очищенных, которые наделенные железной волей, смогли бы одержать вверх над своим нетерпением: нетерпением гнева, нетерпением любовной страсти, нетерпением утоления любого голода, нетерпением всех видов гордости.

Они – настоящие вожди; они возвышаются над массами, и массы им послушны; они выверяют дорогу к Богу: т.е. к Жизни, когда ночь становится слишком темной. В Полночь они призывают вернуться, и все живое следует за ними без сопротивления.

Перевод © Лаана, 2009

LA SOPHIALE MARIA DE NAGLOWSKA SA VIE - SON OEUVRE

Marc Pluquet©Eugènie Pluquet