Мария Нагловская.

 

Глава II

Иисус из Назарета

Доктрина Третьей Части Троицы – система взглядов человечества, которая опирается на то, что только предстоит создать вслед за неминуемым коллапсом Храма Второй Эры; доктрина, чьи основные положения и предварительные ритуалы, представленные в книге “Свет секса”, выражены Иисусом Благословенным, кто смог взобраться по отвесному склону сатанинской[1] инициации на высочайшую вершину, где искатель полностью и окончательно воплощает собой грозного противника Бога (=Жизнь), кто заявляет “Нет” видимой манифестации божественной мощи, то есть всей Вселенной.

Признавая это, новая доктрина утверждает истинную святость деяния великого Моисея, кто в аравийской пустыне, видя страдание и слабость народа, победоносно миновавшего отравленные воды Красного моря, повесил змея на крест[2] и возгласил: “Глядите на него с верой, и вы спасетесь!”

Слабый человек, ребенок принимает “помощь” (безопасность, спасение), заботясь о собственном благе, поэтому он берет манну небесную, что дарована ему.

Но осознанный человек, взрослый, знает, что блага не существует, если оно не общее для всех. Он отказывается от манны и принимает муки.

Иисус из Назарета выстрадал до конца, поскольку он желал блага для всех.

Блага? Разрушение всего Человеческого древа для Иисуса означало одно – это Древо находится внутри него и он сам – внутри Древа.

Люди – листья на ветвях – не смогли понять и принять его, кроме тех случаев, когда он облегчал их страдания. Но правители Дома Израилева, зная, какую Работу взялся он довести до конца, возненавидели его.

В конце концов, воля Христа привела бы к триумфу, поскольку то, что он предлагал, не было сложным. Силы его воли было достаточно для людей, и, в частности, для сынов Израиля, стоявших рядом, чтобы прикрепиться к Иисусу из Назарета всем своим сердцем, душой и помыслами, отказавшись от земных забот, поверить, что Учитель пребывает в каждом, позволить увлечь себя к Отцу Небесному, где нет ничего, кроме беспредельной песни радости, песни без слов.

Если все люди полюбили бы Христа всем своим сердцем, душой и помыслами, мир прекратил бы своё существование, и Сатана, празднуя победу, мог бы сказать “Мой Отец” Богу (=Жизнь).

Это была бы последняя катастрофа, поскольку тогда сам Бог исчез бы в объятьях Сатаны преображенного.

Но Бог не может умереть, в своей сути Он есть Жизнь, Жизнь есть его проявление в росте и изменениях.

Весь видимый мир существует благодаря этому.

А также, по этой же причине, не принимая искупление грехов, как этого хотел Иисус, Отец оттолкнул от Себя Сына, когда тот воззвал к нему с креста: “Боже мой, Боже мой! Для чего ты меня оставил?”

И в той абсолютной ночи, что укрыла его, ни слова не раздалось в ответ на его беспримерный крик отчаяния, но в Храме Первой Эры – эры Падения и Факела Разума – покров, что отделял Тайну от множества духовно очищенных, разорвался сверху донизу, и священный Ковчег, хранящий Жезл как символ порождения, предстал перед ними. Вселенная продолжила своё существование!

Доктрина Третьей Части Троицы требует от ее последователей глубокого почитания памяти Христа, Царя Иудейского, Иисуса из Назарета.

В нем и через него все человечество достигло в начале Второй Эры абсолютной Белизны, совершенной чистоты Сатаны[3], отраженной на человеческой общности после смерти Иисуса, его воли преодолеть первородный грех.

Теперь Грехопадение – суть основа порождения бесконечного ряда поколений без перерыва через Последовательность[4], которой не будет конца.

Грехопадение есть низвержение Бога (=Жизнь) в Ад, где правит Сатана[5].

Великий Моисей сделал возвышенное сатанинское заявление, которое в животном мире определяется как звериная жестокость, а по человеческому разумению, сатанизм есть ничто иное, как Сомнение:[6]

“Не знай имени Бога, своего создателя".

“Не ищи его изображения ни на небе, ни на земле, ни в водах подземных".

“Почитай Субботу, потому что в этот день Бог отдыхал и его создания, что произошли от Сомнения и от сомнительного провозглашения, не знали, как им быть другими, не творящими злодеяния".

“Забудь, что Бог, твой создатель, хочет, чтобы ты почитал отца твоего и мать твою, мужчину и женщину, что дали тебе жизнь".

“Не убивай любую живую тварь, кроме тех, что идет тебе в пищу, или в случае самозащиты".

“Таким образом, не будь сыном Израиля, сыном человека, кто во сне своем боролся с Богом, но кто, после пробуждения, осознал свою слабость, признав себя рабом Бога”.

В Иисусе и через Иисуса человечество отреклось от своего рабства. Оно сделало это от всего сердца, от всей души, сосредоточившись в эту

Мария Нагловская

возвышенную минуту в сердце Спасителя, и тем самым противопоставив горизонтальной оси Отрицания вертикальную ось Грехопадения:

“Мужчина и женщина да возненавидят собственную плоть, поскольку это помеха для достижения Царства Небесного.

“Да оставят отца и матерь своих, и не возлюбят соседа своего, кроме как во имя Христа".

“Да узнают они, что Бог – Невыразимый! – именуется Отцом, и что он хочет их всех в свой неосязаемый мир, такой же нереальный, призрачный и возвышенный, как и Он сам".

“Да не будет у них любой собственности, потому что любой предмет их “нижнего” мира потянет за собой вниз, на зов плоти, прочь от Христа".

“И пусть навсегда запомнят, что никто не сможет спастись, как только полностью растворив свою волю и индивидуальность в белом Конусе, сформированном Христом”.

Доктрина Третьей Части Троицы, даже если она отвергает учение растворения в Белом, требует от своих последователей глубокого и искреннего почитания Первого Распятого, кто прервал линию грехопадения, переведя Жизнь (=Бог) на новый путь.

 

© Перевод: Castalia, Кирилл Соколов

© Thelema.RU

 


 

[1] Нагловская не верит в Сатану, как в сущность внешнюю по отношению к нам, скорее это воля к разрушению, что должно быть преобразовано в добро, воля к смерти, что станет волей к жизни. Эта сложная символическая система, хорошо разъясненная в книге “Свет Секса”. Временами термин “Сатана” обозначает запутанность ограниченного человеческого мышления (в противоположность прямому и интуитивному восприятию, то, что она определяет как прямое разумение). Нагловская связывает первое с особенностями мужского интеллекта, а второе, “прямое разумение” с женским.

[2] Это явная отсылка к Книге Чисел (21:8-9), где Моисей сотворил медного змея и повесил его на “знамя” (евр. nes). Это “знамя” стало “крестом” у Нагловской.

[3] Не отдельная сущность, но темная и разрушительная сила, теперь обновленная или исправленная.

[4] Этот термин – часть сложного символизма Нагловской, затронутый в ее книге “Свет секса”. Он означает “гармонию противоположностей” Да и Нет (Волю к Жизни и Волю к Смерти), что делает возможным непрерывное существование проявленной Вселенной.

[5] Здесь Сатана = Разум, что вечно противостоит Богу (=Жизнь).

[6] Это очень интересное определение сатанизма. Оно объясняет, почему в одном из своих эссе Нагловская говорит, что все философы, раввины и христианские теологи практиковали сатанизм.