Джек Парсонс.

 

[Примечание редактора. Данное эссе представляет собой сохранившийся фрагмент “Книги Бабалон”, сборника инструкций для олицетворения или воплощения богини, ожидаемого Парсонсом в результате его Работы Бабалон. Эссе составляло главу VII оригинала, ныне потерянного. Сохранилась еще одна глава, но она почти полностью состоит из цитат из документов степеней O.T.O.]

Как мне описать тайну и трепет, изумление и сокрушение, великолепие семиконечной звезды, которая есть БАБАЛОН, матерь мерзостей, опьянения кровью праведников? Ибо тут не принесут пользы ни остроумие, ни мудрость, ни даже воля сама по себе, но лишь понимание и покорная любовь.

Что поможет адепту, покорившему четверичные элементы и записавшему ответ на загадку Сфинкса? Ценой станет последняя капля крови его жизни. Ему должно снизойти, подобно Моисею, Артуру и Таммузу в обитель тьмы, в Туонеллу, следуя за лебедем, в безмолвие, зимнюю стужуиночь. И там, когда он предстанет перед темной матерью беззакония и мерзостей, ему придется лишиться всей своей силы, пока он не станет так же наг и беззащитен как новорожденный младенец, и он не восторжествует, пока не поступится всем по доброй воле, сокрушив воды забвения и припав к источнику жизни и горьковато-сладкой тайны понимания, и из той темной утробы родится он снова, но уже не самим собой.

Она – старуха-ведьма, преображенная галантностью Гавейна, Кундри, сраженная невинным безумием Парсифаля, Либанн – невеста Маннана, Жизнь – невеста Смерти. И в победе, и в поражении, и в Дао, лежащим за их пределами, он добьется ее, ибо она – путь к короне.

Но эта тайна неизъяснима. Ум пошатнется и разум сокрушится перед самой идеей ЖЕНЩИНЫ и темной Матери, яркая тень Которой – она. Пусть адепт помедитирует над любовями, которые она испытала в этом теле и в других, яркие любови и темные любови, радостные и печальные, чистые и извращенные. Пусть он вспомнит эти любови и во всем веселье и грусти иллюзии: в чудесах утра и весенней поры, славе полудня и лета, блеске заката и осени. Пусть он очистит их тонкой алхимией в переливающуюся всеми цветами форму желания сердца, а затем поразмышляет над тем, что все люди хранят в сердцах образ любви, воспетый всеми поэтами, запечатленный всеми художниками и прозвучавший в вечной великой музыке. Некоторые утверждают, что этот образ закладывается после образа первой любви, матери. Но я скажу, что тот прекрасный образ в сердце человека принимает ужасную форму в пространстве и времени, что создает всех женщин, жадную и вечную похоть Пана, которая есть БАБАЛОН.

И пусть адепт помедитирует над демоницей Лилит, пожирающей своих собственных детей, Кали, олицетворением разрушения, Венерой, отвращающей свой лик блудницей, и пусть он смешает эти образы со своей мечтой. Пусть он обратит свой взор к Богине, чье тело – из звезд, и пусть он прочувствует, что все это – едино. Затем, со змеиным ядом в крови и непобедимой похотью в сердце, пусть он призовет БАБАЛОН, да, истинно, пусть он призовет БАБАЛОН.

И пусть адепт причастится этой тайне в вечной преданности любому божеству, так как все боги – одно.

Может случиться так, что у адепта окажется помощник на земном плане или среди элементалей; и если адепт пожелает, пусть он зачнет от этого помощника, разделив природу своего божества, ибо это тонкая и прекрасная любовная практика. Но горе тому, кто попутает планы, поклоняясь глиняному идолу, в то время как святилище стоит пустынным и заброшенным. Ибо если его любовь чиста, он должен достигнуть Адской Розы и разделить причастие Бога Любви, даже как я, мои братья, даже как я.

Есть и другая тайна БАБАЛОН, ставшая мне известной благодаря моим магическим исследованиям, и вот она: БАБАЛОН ныне воплотилась на земле в смертной женщине. Я не знаю, в ком или где она проявилась. Я не знаю, где или когда она появится. То, что она воплощена и что она проявится, как знамя перед армиями и как судья народов – вот что я знаю. Существует подходящий материал по данному предмету, который в свое время станет доступным. В настоящий момент я не могу сказать ничего больше.

Кроме того, более чем очевидно, что дух БАБАЛОН таится в женщинах всего мира. Требования большей свободы, отвержение как тиранического мужа, так и инфантильного любовника, рост женского многобрачия и лесбиянства, – все указывает на появление нового типа женщины, которой нужен либо целостный мужчина, либо никто. Дело мага – развить себя в мужчину, достаточного для новой женщины, порожденной его собственным магическим желанием. Его дело – стать жрецом, чтобы она могла стать добровольной жертвой, которой требует ее природа. И наконец, это высшая мистерия копья и чаши Грааля. Этому нельзя научить. Магия – путь, но для конца пути нет ни слов, ни языка.

 

© Перевод: Ольга Муратова

© Castalia.RU

© Иллюстрация: Fr. Александр

© Thelema.RU