Алистер Кроули.

 

О равновесии; а также общий и частный метод
подготовки убранства Храма и орудий искусства

 

I

«Пока не установилось равновесие, лицо не видело лица»[1]. Так сказано в самой священной из книг древней каббалы[2]. Одно из упомянутых здесь лиц — Макрокосм, второе — Микрокосм.

Как уже было сказано выше, цель всякой магической церемонии — соединить Макрокосм с Микрокосмом[3].

Здесь, как и в оптике, угол падения равен углу отражения. Необходимо привести Макрокосм и Микрокосм в точное равновесие как по вертикали, так  и по горизонтали, а иначе образы не совпадут.

Маг утверждает это равновесие, подготавливая убранство Храма. Не должно быть никакой асимметрии. Если что-то находится на севере, то на юге следует поместить нечто равноценное, но противоположное по сути. Это правило настолько важно и смысл его настолько очевиден, что ни один человек, обладающий хотя бы посредственными способностями к Магии, ни на мгновение не потерпит в убранстве Храма неуравновешенного предмета. В нем тотчас же пробудится инстинктивное возмущение[4]. Потому-то так тщательно выверяются соотношения размеров между магическими орудиями, Алтарем, магическим Кругом и самим Магом. Негоже, если Чаша будет как наперсток, а Жезл — как ткацкий навой[5].

Расположение орудий на Алтаре должно выглядеть уравновешенным. Не должно быть никакой асимметрии и в атрибутах Мага. Если в правой руке Маг держит Жезл, то в левую пусть возьмет Кольцо[6], Анх, Колокол или Чашу. Совершив движение вправо, сколь угодно незначительное, пусть уравновесит его таким же движением влево, а движение вперед — движением назад; и пусть уточняет всякую мысль предположением, что в ней содержится мысль противоположная. Призывая Суровость, пусть упомянет, что Суровость есть орудие Милосердия[7]; призывая Постоянство, пусть покажет, что основанием Постоянства являются непрерывные Перемены (так, стабильность молекулы поддерживается быстрым движением составляющих ее атомов)[8].

Итак, пусть всякая мысль, подобно сторонам треугольника, опирающимся на две противоположности, восходит к вершине, преодолевая противоречие между ними  высшей гармонией.

Мысль, не уравновешенную и не уничтоженную таким образом, использовать в Магии небезопасно.

То же относится, опять-таки, и к самим магическим орудиям: Жезл должен быть готов превратиться в Змея, Пантакль — во вращающуюся Свастику или Диск Юпитера, как если бы ему надлежало исполнить функции Меча. Крест — это одновременно и смерть «Спасителя»[9], и фаллический символ Воскресения. Сама Воля должна быть готово достичь своего зенита в отказе от Воли[10]: стрела устремления, посланная против Святого Голубя, должна преобразиться в Изумленную Деву, почуявшую во чреве своем первый толчок того же Божьего Духа.

Всякая мысль, которая одновременно является и положительной, и отрицательной, и активной, и пассивной, и мужской, и женской, достойна существовать выше Бездны; но всякая мысль, не уравновешенная таким образом, пребывает ниже Бездны и заключает в себе безусловную двойственность или ложь, в меру которой клипотична[11] и опасна. Даже сама идея «истины» небезопасна для того, кто не понимает, что всякая Истина в некотором смысле есть ложь. Ибо всякая Истина относительна и ведет к заблуждениям того, кто счёл её абсолютной[12]. В связи с этим стоит внимательно и усердно изучить «Книгу Лжи, название которой ложно» («Liber 333»). Кроме того, следует обратиться к работам «Konx Om Pax», «Введение» и «Тянь Дао», содержащимся в том же томе.

Все вышесказанное должно выражаться как в самом тексте ритуала, так и, символически, в каждом совершаемом действии.

II

В старинных книгах по Магии утверждается, что всё, чем пользуется Маг, должно быть «девственным». Иначе говоря, всё это должны быть вещи, которые прежде никто еще не использовал ни для какой цели. Древние Адепты придавали этому огромное значение, поэтому задача Мага существенно усложнялась. Магу нужен был Жезл; чтобы вырезать и обстругать его, нужен был нож. Нельзя было просто купить новый нож  — Маг должен был смастерить его самостоятельно. Но чтобы сделать нож, требовалось множество других вещей, изготовить которые, в свою очередь, не удалось бы без прочих подсобных материалов и инструментов, еще более многочисленных, и так далее. Все это свидетельствует о невозможности полностью обособиться от окружающей среды. Даже в Магии нельзя обойтись без посторонней помощи[13].

Но смысл этой старинной рекомендации еще глубже, чем может показаться на первый взгляд. Дело в том, что орудие оказывается тем полезнее, чем больше усилий и трудов вы в него вложили. «Свой глаз — алмаз, а чужой — стекло». Нет никакого смысла нести эту книгу в мастерскую и заказывать убранство Храма по приведенным здесь инструкциям. Если Ученику нужен Меч, пусть он сам добудет железную руду из земли, сам расплавит ее на самодельном угле и своей рукой выкует орудие, — его труды окупятся сторицей. Более того, пусть не поленится самостоятельно синтезировать купоросное масло[14] и вытравить с его помощью необходимые знаки на клинке. Пытаясь изготовить подлинно «девственный» Меч, он приобретет массу полезных умений; он постигнет взаимозависимость между вещами; слова «гармония Вселенной», которые так часто, так бессмысленно и тупо повторяют заурядные апологеты Природы, перестанут быть для него пустым звуком; и, наконец, он поймет, как на самом деле действует закон кармы[15].

Ещё одно предписание старинной Магии, достойное нашего внимания, гласит, что всякий предмет, вовлеченный в Работу, должен быть единичным. Так, ветвь для Жезла следует срезать одним ударом ножа. Это означает, что у Мага не должно быть никаких сомнений и колебаний: он должен действовать решительно и ловко. Если вы решили нанести удар, бейте изо всех сил! «Все, что может рука твоя делать, по силам делай»[16]. Если вы собрались заниматься Магией, то помните: никаких компромиссов! Взявшись делать революцию, не обойдешься розовой водичкой; и цилиндр в драке не подмога. Очень скоро вы поймете, что выбор небогат: либо расстаться с цилиндром, либо прекратить драку. Большинство людей делают и то, и другое. Они вступают на путь Магии, не обдумав все как следует и не обретя той непреклонной решимости, с которой автор этой книги, принося свою первую клятву, воскликнул: «PERDURABO!» — «Претерплю до конца!»[17]. Они бросаются вперед очертя голову, но очень скоро замечают, что испачкали туфли. Казалось бы, самое время проявить настойчивость — но нет! они поворачивают назад и возвращаются на Пиккадилли. И если после этого даже уличный мальчишка готов поднять их на смех, то кому им сказать за это спасибо, как не себе?

Еще одна рекомендация гласила: все, что может понадобиться для магической работы, покупай, не торгуясь!

Не пытайтесь соизмерять стоимость несопоставимых вещей[18]. Простейшее из Магических Орудий бесконечно ценнее всего вашего имущества — или, если угодно, всего того, что вы по глупости считаете своим имуществом. Стоит лишь нарушить это правило, и вас постигнет обычная судьба всякого нерешительного человека. Вы не просто останетесь без хороших орудий, но и потеряете так или иначе те деньги, которые вам якобы достало благоразумия сберечь. Помните об Анании[19]!

Напротив, купив нужную вещь, не торгуясь, вы обнаружите, что продавец вручил вам впридачу Фортунатову мошну. До какой бы крайности вы ни дошли, в последний момент ваши затруднения разрешатся. Ибо всякая сила под сводом небесным, в эфире и на земле, под землей, на суше и в море, в вихре воздуха, в беге огня, и всякая чара, и всякий бич Божий склонятся пред волею Мага в час нужды[20]! То, чем он владеет, не принадлежит ему; но сам он — таков, каков он есть, и будет таким, каким станет. И ни Бог, ни Человек, ни все коварство Хоронзона не остановят его и не заставят отклониться от Пути ни на мгновение. Таковы заповедь и обетование, которые даются каждому Магу. И кто исполнит эту заповедь, тот непременно получит обещанное.

III

Ко всем действиям применимы одни и те же формулы. Процесс призывания Бога — то есть возвышения себя до состояния Божественности — подразделяется на три стадии: ОЧИЩЕНИЕ, ОСВЯЩЕНИЕ и ПОСВЯЩЕНИЕ.

Через эти же три стадии должно пройти каждое магическое орудие и даже каждый предмет храмового убранства. Процесс всегда одинаков — различия присутствуют лишь во второстепенных частностях. К примеру, сам Маг очищается, соблюдая целомудрие[21] и воздерживаясь от всякой скверны. Но для того, чтобы очистить, допустим, Чашу, следует удостовериться, что металл, из которого она изготовлена, прежде не употреблялся ни для каких других целей; поэтому мы берем для нее «девственную» руду и прилагаем все усилия, чтобы довести металл до совершенной чистоты — в химическом смысле этого слова.

Все вышесказанное по этому поводу можно кратко подытожить так: со всяким предметом, который будет использоваться в магической операции, следует обращаться так же, как с соискателем посвящения. В тех частях ритуала, где соискателю завязывают глаза, предмет заворачивают в черную ткань[22]. В том месте церемонии, где соискатель приносит клятву, предмет «заряжают», используя для этого схожие формулировки. Для подготовки каждого орудия Маг должен тщательно продумать все частности конкретной операции.

Далее, Маг должен относиться к своим орудиям так же, как Бог относится к призывающему Его просителю. Он должен любить их, как отец — свое дитя, нежно заботиться о них, как жених — о невесте, а кроме того, испытывать к ним то особое чувство, которое питает к произведению своего искусства всякий творец.

Четко уяснив себе это, Маг без труда справится с ритуалом, причем не только с церемониальным освящением орудий как таковым, но и с подготовкой к нему — с тем процессом, который должен предварять эту церемонию. Например, чтобы изготовить Жезл, Маг срежет с дерева ветвь, очистит ее от листьев и сучьев, снимет кору, аккуратно подрежет концы и сровняет все наросты. Это — изгнание.

Затем он будет натирать заготовку освященным Маслом, пока она не станет гладкой, блестящей и золотистой. Затем он завернет ее в шелк подобающего цвета. Это — освящение.

Затем Маг возьмет Жезл и вообразит его той самой полой тростинкой, в которой Прометей принес на землю небесный огонь. Он будет представлять, как через эту тростинку проходит Священное Влияние. Тем самым, а также и другими способами он совершит посвящение; исполнив же это, он повторит весь вышеописанный процесс в форме искусной церемонии[23].

Рассмотрим еще один пример, совершенно иной, — с магическим Кругом. Прежде всего Маг изготовит киноварь из самостоятельно очищенных им ртути и серы. Эту чистую киноварь он смешает с освященным Маслом, а затем, работая с полученной краской, будет сосредоточенно и благочестиво размышлять о символах, которые чертит на полу. После этого Круг можно будет освятить, торжественно обойдя его и призывая начертанные в нем Имена Силы.

Если кто-то не сумеет придумать, как изготовить остальные необходимые предметы, едва ли из него выйдет хороший Маг; а мы лишь попусту потратим время, если примемся обсуждать во всех подробностях технику создания каждого инструмента.

Четкие указания по изготовлению Светильника и Четырех Элементальных Орудий даются в «Liber A vel Armorum» («Эквинокс», I, 4[24]).

 

Перевод © Анна Блейз

© PAN'S ASYLUM Lodge O.T.O.

© Thelema.ru

 


 

[1] Полный смысл этого изречения есть Тайна степени Совершеннейшего. Но отчасти постичь его можно с помощью «Книги Алеф», а также «Книги Закона» и комментариев к ней. Он объясняет Бытие. — Примеч. А. Кроули.

[2] «Сифра Дцениута» [«Книга Сокровенной Тайны»], I:2. — Примеч. А. Кроули.
Рус. пер. см. в издании: Мазерс С.Л. Разоблаченная каббала. Введение, §38, указ. соч. — Примеч. перев.

[3] Дело обстоит именно так потому, что мы с вами — Микрокосмы, чей Закон — «любовь в согласии с волей». Но Магия существует и для той частицы, которая достигла Совершенства (в Абсолютном Ничто, 0°). Для нее она заключается в том, чтобы «разделиться ради любви, дабы стал возможен союз» [«Книга Закона», I:29]. — Примеч. А. Кроули.

[4] Дело в том, что сама сущность магического призвания состоит в интуитивном понимании основополагающих законов Вселенной. Инстинкт Мага — это подсознательное утверждение структурного тождества Макрокосма и Микрокосма. А равновесие — это необходимое условие проявленного бытия. — Примеч. А. Кроули.

[5] См. «Баг-и-Муаттар», V, §2. — Примеч. А. Кроули.
Указанная цитата из книги А. Кроули «Благоуханный сад Абдуллы, сатирика из Шираза (Баг-и-Муаттар)»: «О, милый Хабиб! сей иудей, с его ослиною статью, пред нежным задом твоим — что слон перед соловьем». — Примеч. перев.

[6] Во II части настоящей книги [т.е. в части II («Магия») «Книги Четыре»] Кольцо не описывается, и на то есть свои причины, для одних читателей очевидные, для других — не вполне. Кольцо — это символ Нут, совокупность всех возможных способов самовыражения и самореализации. — Примеч. А. Кроули.

[7] К примеру, твердость в обращении с самим собой и с другими есть истинная доброта, а ампутация служит спасению жизни. — Примеч. А. Кроули.

[8] См. «Liber 418», 11-й Эфир. — Примеч. А. Кроули.
Указанная цитата из «Liber 418»: «Смотри, сколь почтенна мудрость Владыки, что утвердил постоянство свое в Воздухе, вечно подвижном, и в Луне переменчивой. Пурпурными взблесками молний Он начертал слово “Вечность”, и на крылья ласточки поместил Он покой». (Стихия Воздуха и Луна соответствуют Йесод, Постоянству.) — Примеч. перев.

[9] Это расширение Индивидуального «Я» в материи, Неделимая Точка, получившая определение через соотнесение с четырьмя сторонами света. Это формула, позволяющая Точке выразить свое Тайное «Я»; ее роса, стекающая на Розу, в должный срок превращается в Ее Собственный Образ и Подобие [Eidolon]. — Примеч. А. Кроули.

[10] См. «Liber LXV» и «Liber VII». — Примеч. А. Кроули.

[11] О значении этого слова см. каббалу; кроме того, изучите предание о Царях Едомских. — Примеч. А. Кроули.
«Цари Едомские» (Быт. 36:31—39) в каббалистической книге «Зогар» выступают символами неуравновешенных миров, которые были сотворены прежде нынешней Вселенной, но разрушились вследствие своей несбалансированности. Подробнее см.: С.Л. Мазерс. Разоблаченная каббала, Введение, §56 и др., указ. соч. — Примеч. перев.

[12] Математическое доказательство этого тезиса см. у Пуанкаре. Но Духовный Опыт проникает еще глубже и разрушает сам Канон Закона Противоречия. МАСТЕР ТЕРИОН работал над этой темой очень много; она непосредственно связана с достигнутой им степенью 9°=2°. Но ученику не подобает затрагивать такие сложные вопросы: они могут всерьез выбить его из колеи. Лучше всего для него —  рассматривать Истину (условно и временно) в том смысле, в каком это слово понимается в физике. — Примеч. А. Кроули.

[13] Но еще важнее иметь в виду, что привычка полагаться на других бесповоротно губит и развращает человека. Маг должен знать свою работу вплоть до мельчайших деталей; он всегда должен быть готов засучить рукава и выполнить ее самостоятельно, сколь бы пустячной или недостойной она ни казалась. Верно, что Абрамелин запрещает Соискателю выполнять унизительные задачи; однако Маг не сможет проследить за тем, чтобы его распоряжения выполнялись в совершенстве, если еще в начальный период подготовки не приобретет личный опыт практической работы такого рода. — Примеч. А. Кроули.

[14] Купоросное масло (англ. Oil of Vitriol) — старинное название серной кислоты. Ср. соответствующее указание из части II «Книги Четыре» (Алистер Кроули. Книга Четыре. Мистицизм и и Магия, указ. соч., сс. 163—164).

[15] Особенно в следующем смысле: всякая вещь связана с другими, на первый взгляд, совершенно чуждыми ей вещами, а те, в свою очередь, связаны с ней. — Примеч. А. Кроули.

[16] Еккл. 9:10.

[17] «Тому, кто решил претерпеть до Конца, в Конце предстояло Не претерпеть» («Liber 333», глава Z). — Примеч. А. Кроули.
Комментарий Кроули к этому стиху: «O, последняя буква имени “Perdurabo”, означает  “Ничто”, “Не”». — Примеч. перев.

[18] Ни одна дробь при возведении в квадрат не даст число 2; ни одна дробь не равняется в точности v2, каким бы тесным ни было приближение. v2 не входит в ряд рациональных чисел — это число, принципиальное иное по своей природе. — Примеч. А. Кроули.

[19] Примите к сведению, что ни одна вещь не может быть по-настоящему равноценна какой-либо другой. Невозможно в точности соизмерить их стоимость, ибо каждая вещь — это только она Сама, и ничем иным быть не может. Обмен владениями — не математически точное уравнение. Жезл — это всего лишь условное выражение Воли, подобно тому как слово — условное выражение мысли. Ничем другим он быть не может; процесс его изготовления (независимо от того, сколько времени, денег или труда на него затрачено) представляет собой операцию духовного и нравственного синтеза, однако в результате образуется новый сложный объект, ценность которого не измеряется стоимостью его составных частей. — Примеч. А. Кроули.

Анания — действующее лицо в эпизоде из Деян. 5:1—5: «Некоторый же муж, именем Анания <…>, продав имение, утаил из цены <...>, а некоторую часть принес и положил к ногам Апостолов. Но Петр сказал: Анания! Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль солгать Духу Святому и утаить из цены земли? Чем ты владел, не твое ли было, и приобретенное продажею не в твоей ли власти находилось? Для чего ты положил это в сердце твоем? Ты солгал не человекам, а Богу. Услышав сии слова, Анания пал бездыханен; и великий страх объял всех, слышавших это». — Примеч. перев.

[20] Парафраз фрагмента из «Предварительного призывания “Гоэтии”»; полный текст см. в составе «Liber Samekh», приложение IV.

[21] Правильное определение этой добродетели см. в «Книге Закона» и комментариях к ней. — Примеч. А. Кроули.

Ср. также определение целомудрия из одноименной главы в книге А. Кроули «Шаг за шагом — к Истине»: «То Целомудрие, Магическая Энергия которого одновременно и защищает, и понуждает к движению соискателя Священных Мистерий, по своей глубинной сути кардинально противоположно всем общепринятым толкованиям этого слова, ибо, во-первых, оно представляет собой действенную страсть, во-вторых — связано с половой функцией лишь таинственной магической связью, а в-третьих — является заклятым врагом всех буржуазных мнений и понятий о нравственности. <…> Целомудрие можно определить как строгое соблюдение Магической Клятвы, то есть, в свете Закона Телемы, абсолютную и совершенную преданность Священному Ангелу-Хранителю и неуклонное следование Пути Истинной Воли». — Примеч. перев.

[22] Это указание относится к формуле Неофита. Возможны и другие варианты. — Примеч. А. Кроули.

[23] Я забыл упомянуть, что вся Магия как дисциплина — это не что иное, как частный случай мифопоэтики, в данной конкретной форме именуемой Недугом Языка. Египетский Тот, Бог Магии, был всего лишь человеком, изобретшим письменность, как о том достаточно недвусмысленно свидетельствуют памятники. «Gramarye», Магия, — это всего лишь греческая gramma [«буква, письмо»]. Таким образом, старинное название магической ритуалистики — «гримуар» — это всего-навсего «грамматика».

Непосвященному казалось чудом, что некоторые люди способны общаться между собой на расстоянии; в результате людям, владевшим письменностью, стали приписывать и другие — вымышленные — необычные способности. Таким образом, Жезл — это не что иное как перо; Чаша — чернильница; Кинжал — перочинный нож, а Диск (Пантакль) — либо сам папирусный свиток, либо пресс-папье, либо песочница для просушки чернил. Ну а «Папирус Ани» — это попросту «туалетная бумага» по-латыни. — Примеч. А. Кроули.

Gramarye — старинное английское слово со значением «колдовство, злые чары», встречающееся у Вальтера Скотта («Песнь последнего менестреля», III, 11, 14).

«Недуг Языка» — отсылка к теории Фридриха Макса Мюллера (1823—1900), англо-немецкого филолога, востоковеда, специалиста по мифологии и религии. В статье «Греческие корни» Мюллер утверждал: «Истоки мифологической фразеологии <...> везде и всегда одни и те же: это язык, забывающий сам себя».

«Папирус Ани» — наиболее полный из дошедших до нас списков фиванской версии египетской «Книги Мертвых». Выражение «papyrus ani» в буквальном переводе с латыни означает «бумага для ануса». — Примеч. перев.

[24] См. текст в приложении VII.